Ранобэ: [Яой] Обещание романтики

Описание: Вся наша жизнь — театр. Причем иногда в буквальном смысле.Имамура Сацуки, японский юноша, больше похожий на японскую барышню и помешанный на театре, не сумел осуществить заветную мечту на родине и без задней мысли махнул в Англию, дабы познать таинство актерского мастерства на родине Шекспира. Махнуть-то он махнул, только жизнь за морями оказалась совсем не сладкой, ведь даже за учебу Сацуки приходится платить самостоятельно, не говоря уже о насущных плюшках. И было все очень плохо, пока в один сомнительно прекрасный день в руки Сацуки не попало обручальное кольцо английского дворянского рода, а вслед за ним и крайне выгодное предложение поработать… невестой аристократа. Красивого и до неприличия богатого аристократа (хотя с приличиями у этого товарища вообще не так уж много общего).Останется ли абсурдный фарс с притворной женитьбой таковым или же перерастет в настоящие чувства — об этом нам и расскажет увлекательная история с переодеваниями в четырех действиях.

Кол-во глав: 1-6

Иллюстрации

В версии с изображениями тут находится картинка.

стр 2

В версии с изображениями тут находится картинка.

стр 8

В версии с изображениями тут находится картинка.

стр 28

В версии с изображениями тут находится картинка.

стр 38

В версии с изображениями тут находится картинка.

стр 61

В версии с изображениями тут находится картинка.

стр 81

В версии с изображениями тут находится картинка.

стр 85

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/[Yaoj]-Obeshhanie-romantiki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Примечание переводчиков

В версии с изображениями тут находится картинка.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/[Yaoj]-Obeshhanie-romantiki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Действие 1: Буря.

Стоило дворецкому зайти в спальню хозяина, как его носа достиг слабый запах алкоголя. Он нахмурился. Шторы были задернуты, и единственным источником света служило мигающее пламя камина, хотя за окном ярко сияло утреннее солнце. Слабый свет падал на хозяйскую кровать под пологом, пустую. Дворецкий заметил фигуру, лежавшую на диване перед камином. В ногах у нее валялась бутылка бренди. - Господин Эдвард, Вы снова пили? – спросил дворецкий растянувшегося на диване хозяина. – Если продолжите придерживаться подобных привычек, алкоголизм – это лишь вопрос времени. - Я тебя не для того сюда позвал, чтобы ты мне нотации читал, старик. Молодой человек сел на диване и лениво пробежался пальцами по золотистым волосам, в беспорядке падавшим на его лоб. Это был Эдвард, молодой хозяин поместья. Дворецкий, игнорируя его протесты, одернул шторы. Утренний свет заполнил комнату. За окном простирался огромный сад, достаточно большой, чтобы уход за ним требовал тридцати садовников. Стояла середина зимы, и пейзаж нещадно перемежался вечнозелеными растениями. Но весной, покрытый россыпью цветов, сад становился на редкость красивым и оставался таким до осени. Эдвард небрежно набросил халат поверх пижамы. Проглядывавшая в уголках его глаз краснота говорила, что он еще пьян. У него была идеальная линия подбородка, прямой нос и тонкие брови, интеллигентно изогнутые над голубыми глазами, ясными, как блестящее летнее озеро. Слово «аристократ» словно существовало для того, чтобы его описывать. Молодой господин, хмурясь, со значением посмотрел на приставной столик. Дворецкий проследил за его взглядом. На столе лежал вскрытый конверт. - Подай мне это письмо, – приказал Эдвард. - Это Вы и сами можете сделать, господин, – парировал дворецкий, открыто отказываясь выполнять приказ. Несмотря на статус слуги, много лет он с гордостью играл для Эдварда роль родителя. Он не стал бы слепо служить хозяину. Эдварда ответ дворецкого заставил усмехнуться. - Наверное, ты думаешь, что я тебя эксплуатирую, – сказал он. - Это алкоголь заставляет Вас выдвигать такие глупые требования, – отозвался дворецкий. Эдвард, пожав плечами, протянул руку к столу. Он взял фотографию и поднял ее, показывая дворецкому. На снимке была молодая девушка. - Старик, ты знаешь, кто это? – требовательно спросил он. Пытаясь не выдать свой шок, дворецкий ответил так спокойно, как только мог. - Довольно привлекательная юная леди. Она из хорошей семьи? Эдвард раскрыл письмо. - Оно от друга, – непринужденно произнес он. – Он пишет здесь кое-что интересное. Думаю, тебе стоит послушать. И он начал читать. - «Дорогой Эдвард. Я пишу, дабы подтвердить один слух, дошедший до меня в определенных кругах. Девушку на прилагающейся фотографии зовут леди Маргарет, она – дочь графа Саймона. Сейчас ей 19 лет». - Боюсь, я не понимаю, что в этом интересного… – начал было дворецкий. - Следующая часть, – перебил Эдвард и продолжил читать. – «В мае этого года она будет обручена с лордом Аргайлом. Все обсуждают грядущую вычурную свадебную церемонию и то, что в течение года эта пара станет ведущей в обществе. В Англии титул лорда носят всего около двухсот человек, и, услышав фамилию Аргайл, я сразу подумал о тебе, Эдвард. Я бы очень хотел услышать от тебя подробности». Сейчас шел февраль, до предполагаемой свадьбы оставалось три месяца. - Как с Вами трудно, господин Эдвард. Вы разве были не в курсе? – выпалил дворецкий. Должно быть, до сих пор он считал, что лучше держать это дело в секрете. - Я только что узнал! – закричал в ответ Эдвард. – Теперь я снова совершенно трезв. И, позволь заверить, ни на что такое я не соглашался. Открыто демонстрируя гнев, он разорвал письмо и швырнул его в камин. Пламя в считанные секунды превратило бумагу в пепел. - Вполне вероятно, Вы никогда ни слова не помните из того, что мы обсуждаем, – сухо произнес дворецкий. То, как легко дворецкий признал свое участие в этом плане, лишило Эдварда дара речи. Дворецкий продолжал: - Я и не ждал, что Вы спокойно согласитесь с идеей лишь потому, что мы ее обсудили, и потому держал все в секрете от Вас. - Ну, прости, что сорвал твой план, – насмешливо произнес Эдвард. – К счастью, у меня есть друзья, которые держат меня в курсе. Перед мысленным взором дворецкого мелькнул образ мужчины с каштановыми волосами. Мужчина время от времени заглядывал в поместье, дурно влияющий на Эдварда школьный друг. Работал он репортером в третьесортной газете. - Но не забываете ли Вы кое-что важное, господин Эдвард? Согласно воле Вашего отца, если Вы не женитесь до 26 лет, все поместье, включая капитал, перейдет к Вашему кузену, господину Гордону. Родители Эдварда погибли в аварии, когда ему было двадцать, и от отца ему достался титул лорда. Как и Британская Империя, некогда правившая миром, в двадцатом веке английская аристократия с трудом выстояла, расставшись со своими заграничными территориями из-за прав собственности и налогов на наследство. Но в то же время поколения Аргайлов вкладывали деньги в свои обширные владения, основали компанию и стабильно увеличивали свое состояние. После смерти родителей Эдварда по завещанию его отца компания перешла в руки родственников, что демонстрировало, как тревожило старика поведение сына. Завещание так же включало пункт, передающий все состояние кузену Эдварда, если Эдвард не женится до двадцати шести лет. - Управление компанией меня не интересует, – упрямо произнес Эдвард. – До сих пор все делали именно то, что хотели, так почему что-то должно меняться в будущем? - Вы уверены в своих словах? – недоверчиво спросил дворецкий. – Господин Эдвард, за то время, что Вы деньгами сорили, сами Вы хоть что-нибудь заработали? В бедности Вы бы никогда жить не смогли. - Гордон – хороший человек, он мне поможет, – настаивал Эдвард. - Что Вы говорите? – спросил дворецкий. – Вы этого хотите? Ваш отец из-за Вас с ума сходил. Его завещание – последнее послание Вам с просьбой взять на себя ответственность дворянина… - Прости, что перебиваю, старик, но… – Эдвард вытянул перед дворецким свою правую руку, изящную белую руку прирожденного аристократа. На среднем пальце красовалось кольцо с прозрачным голубым камнем. Это была семейная реликвия, передающийся из поколения в поколение голубой бриллиант. Эдвард спокойно стянул кольцо с пальца и бросил его дворецкому. Отчаянно пытаясь не дать кольцу упасть на пол, дворецкий поймал его, а затем побледнел. - Это… это подделка! – выдохнул он. – Что случилось с настоящим? Умоляю, скажите, что Вы его не потеряли! - Я отдал его одной женщине два года назад, – почти пренебрежительно ответил Эдвард. - Полагаю, Вы знаете, что это означает, – выдавил дворецкий. - Ага, одна из дурацких семейных традиций, – скучающим тоном произнес Эдвард. – Если кольцо, передающееся из поколения в поколение, отдано, это говорит о моей немедленной помолвке. - Кому Вы его отдали? – спросил дворецкий. - Девушке из неблагополучного района в Лондоне, – заявил Эдвард. Он мог бы его вручить и простой цветочнице на улице. Такое было вполне в его духе. Старик помрачнел. Но сдаваться было рано. - Правильно Вы говорите, господин Эдвард, – произнес он. – Никто не станет Вас винить за прерывание устаревшей традиции. Так что Вы все равно можете жениться на леди Маргарет. Эдвард фыркнул и отвернулся. - Господин Эдвард! Молодой господин вздохнул. - Расслабься, старик. Я женюсь, как и хотел мой отец. Но я не стану мужем дочери какого-нибудь аристократа, интересующейся только благотворительностью. Лучше я выберу себе супругу сам. - Господин Эдвард, ничего не получится, – заметил дворецкий. - Почему? – требовательно спросил Эдвард. - Семья девушки уже приняла предложение, – признался дворецкий. - Мы притворимся, что не получали ответа, – прорычал Эдвард. - Господин Эдвард! С усталым видом Эдвард снова поднял руку, останавливая старика. Он отвел взгляд своих голубых глаз и больше не смотрел на дворецкого. Дворецкий молчал, не желая еще больше портить настроение хозяина. - В любом случае, подготовь мои вещи к немедленному отъезду, – наконец, сказал Эдвард. - Куда Вы направляетесь, сэр? – спросил дворецкий. Эдвард весело улыбнулся. - В Лондон. Я собираюсь найти свою невесту.

* * *

Полтора года после приезда Имамура Сацуки в Лондон пролетели, словно один миг. Первый год он провел на курсах английского, но теперь перешел к своей истинной цели: обучению в школе актерского мастерства. Сейчас повседневные разговоры давались ему легко, но когда люди начинали болтать и говорили быстро, язык все равно от него ускользал. Всю старшую школу Сацуки играл в театральном кружке и после выпуска мечтал поступить вместе со своим другом, Айда Йохеем, в известную школу актерского мастерства. С Йохеем они познакомились в старших классах. Парта Йохея оказалась перед Сацуки. Это он научил Йохея всему, что тот знал о театре. Только из-за Сацуки Йохей заинтересовался этой темой. Но несмотря на это Йохей очень старался и обошел друга. Сацуки считал, что он лучше Йохея во всем – лучше в учебе, лучше в игре, во всем. Но только Йохея взяли в школу их мечты. - Просто не верится, что меня приняли! – радостно объявил Йохей. Сацуки никогда бы не смог забыть лица Йохея, то, как сияли его глаза, когда он подошел поделиться хорошей новостью в школе. - Я сомневался, пройду ли, – разглагольствовал Йохей. – Тебе успех был обеспечен. Проведем вместе еще четыре года! Похоже, сама возможность того, что Сацуки не взяли, ему даже в голову не приходила. - Ну, я провалился, – признался Сацуки. Он напряг все мышцы лица, пытаясь изобразить веселую улыбку, но эта попытка с треском провалилась. Йохей казался совершенно сбитым с толку. - Что? - Меня не взяли, – пояснил Сацуки. Даже у притворства есть свои пределы. Хоть он и пытался выдать идеальную улыбку, по его щеке покатилась одинокая слеза. Секунду Йохей казался озадаченным, а потом засмеялся, вероятно, посчитав, что Сацуки его разыгрывает. Это было унизительно. - Так смешно, что я не поступил? – крикнул он Йохею и выбежал из комнаты. Даже он сам считал такое поведение детским. Когда бы он ни вспомнил тот день, его лицо краснело от стыда. Талант определяет место актера в театральном мире. Сацуки понимал это. Он думал, что хорошо справился на вступительных экзаменах. Но провал на практической части угнетал его. Число людей, способных зарабатывать на жизнь игрой, очень мало, почти несущественно, даже среди выпускников специальных подготовительных школ. Сацуки относил себя к небольшому числу этих избранных не из-за высокомерия. Уверенность ему дарила непревзойденная любовь к театру. Но хорошей игре присуща некая искра, которой ему не хватало, и в лучшую школу его не приняли. В те темные времена он думал, что ему никогда не стать профессионалом. В итоге, Сацуки доучился, так и не заговорив больше ни разу с Йохеем. Он так же поступил в свой запасной ВУЗ. Конечно, он пошел на театральное отделение. Но оно совершенно не походило на школу, куда он хотел поступить, известную большим количеством окончивших ее профессионалов. Все остальные ученики в его новой школе пытались поступить туда же и тоже провалились. По всей группе гуляли пораженческие настроения. Некоторые студенты изначально были довольны своим жребием и не надеялись ни на что лучшее – Сацуки не выносил и их. Но и экзамены пересдавать ему не хотелось. Гордость не позволила бы ему стать кохаем Йохея. Но Сацуки не устраивала его жизнь в колледже, который он не хотел посещать. Однажды ему попалась книга. Это был сборник росчерков известного театрального актера, обучавшегося актерскому мастерству в Лондоне. Я тоже поеду в Лондон! К тому моменту, как он дочитал книгу, его сердце настроилось учиться в Англии, на родине театра. Все-таки, даже если он выпустится с дипломом актера, работу ему это не гарантирует. Было бы намного полезнее учиться в Англии, где он мог ходить на все необходимые театральные курсы. Теперь он осознал свою мечту. Единственной проблемой оставались деньги. Не желая становиться обузой, он отказался от помощи родителей и уехал из Японии. Но его деньги испарились за первый год, проведенный в языковой школе. Теперь он не мог попросить семью помочь с оплатой обучения. На данный момент кормила его подработка в пабе. Но ему по-прежнему угрожала опасность отчисления, поскольку он не мог позволить себе оплачивать учебу. Обратись он к родителям, те, наверное, просто выслали бы ему деньги на билет домой. Но его жизнь здесь только началась. Он еще не мог вернуться в Японию.

* * *

После занятий Сацуки сразу отправился на работу. Хозяином паба был типичный грубый немногословный англичанин. Покосившись на лицо Сацуки, он молча поставил перед ним тарелку с едой. Меню включало стандартную пищу рабочего класса: жареная рыба и чипсы. Сацуки немного устал от такой еды, но он был не в том положении, чтобы требовать роскоши. Поев в углу паба, он ушел за барную стойку. Теперь ему предстояло работать без перерыва до полуночи. Паб заполнила приятная энергия трудяг, вернувшихся домой после работы. Главной обязанностью Сацуки было мытье посуды за барной стойкой. Работать в пабе после целого дня актерской игры на занятиях было физически утомительно, но ему так нравилось слушать безостановочные разговоры вокруг него - единственное, что делало его работу приятной. Иногда посетители угощали его пивом. Закончив с первой партией грязной посуды, он покосился на конец барной стойки. Обычно там сидела Бренда, постоянная посетительница. В ходе многочисленных разговоров с ней Сацуки был шокирован, узнав, что она всего на десять лет его старше. Он был уверен, что она примерно ровесница его матери. И даже принимая во внимание тот факт, что западные женщины стареют быстрее, а его мать выглядела заметно моложе своего возраста, он все равно не мог поверить, что Бренда так молода. Похоже, жизнь у нее была не самая приятная, судя по старомодной поношенной одежде. Она всегда заказывала одно пиво и тщательно растягивала его до самого ухода. Она рассказала, что ее родители рано умерли, и ей пришлось жить одной. Но, похоже, это не смогло испортить ей жизнь. Не расставаясь с дружелюбной улыбкой, Бренда всегда переживала за благополучие Сацуки, приехавшего в Англию в одиночестве. Именно она договорилась с хозяином бара о добавлении к его зарплате питания. Она отличалась от обычных англичан, недружелюбных и не желающих вмешиваться в чужие дела. Но Бренда уже несколько дней не появлялась в пабе. Сацуки вспомнил, что в последнее время она кашляла при каждой их встрече, и начал волноваться. «Думаю, она и правда заболела». «Если тебе что-нибудь понадобится, приходи ко мне» – сказала она ему как-то. Сацуки, у которого в Англии не было родственников, эти слова поразили в самое сердце, уставшее от одиночества. Ей, больной и одинокой, наверное, трудно приходится. Сацуки решил ее навестить.

* * *

Пройдя по запущенной улочке в неблагополучной части города по морозу, Сацуки, наконец, заметил нужный ему дом. Здание было очень старым. Похоже, построили его еще до рождения Сацуки. Внутри было сумрачно, пахло плесенью и пылью. Ему не хватило смелости воспользоваться лифтом, который выглядел так, словно в любой миг рухнет, и по скрипящей лестнице он поднялся до квартиры Бренды на третьем этаже. Звонка Сацуки не нашел и неуверенно постучал в дверь. Ответа не было. Он постучал громче. - Хватит шуметь! – раздался из-за двери крик. Дверь резко распахнулась, и за ней обнаружилась ярко накрашенная женщина. Сацуки вскрикнул. Он запаниковал из-за того, что крикнул на незнакомого человека. Он отчаянно пытался придумать, что сказать. - П-простите, – сумел выдавить он. – Эм, я-я друг Бренды. Женщина бросила на Сацуки злобный взгляд, демонстративно рассматривая с ног до головы. - Посетитель? Сацуки кивнул. - Воровать у нас здесь нечего, – грубо произнесла женщина с сильным уличным акцентом, который Сацуки понимал с трудом. – Дверь открыта, незачем так вежливо стучать. Заходи. После этого она вернулась в квартиру. Сацуки, не в силах уйти, когда уже зашел так далеко, неуверенно шагнул внутрь. Повсюду валились пустые бутылки из-под выпивки и разбросанная одежда, в квартире царил беспорядок. Открывшая дверь женщина куталась в шаль, глубоко затягиваясь сигаретой. Комната не отапливалась, и там буквально мороз стоял. Должно быть, обогреватель сломался. Температура была почти такой же, как на улице, и Сацуки не смог расстаться со своей курткой. - Комната Бренды вон там. – Женщина дернула подбородком в сторону одной из дверей. Видимо, Бренда делила квартиру еще с одним человеком, а может, и не одним. Сацуки открыл указанную дверь. Температура здесь не особо отличалась. Даже лампа не горела. В падавшем из главной комнаты свете Сацуки едва мог различить силуэт лежавшего на кровати тела Бренды. - Это ты, Май? – донесся до него слабый голос Бренды. «Май» – такое прозвище появилось, когда Сацуки объяснил, что его имя происходит от старого японского названия этого месяца. Местным было трудно произносить «Сацуки», так что он и на занятиях начал имя «Май» использовать. Бренда попыталась сесть. - Что ты здесь делаешь? Тебе нужна помощь? Щеки у нее были впалыми; сразу становилось ясно, что она на глазах тает. Сацуки отвел взгляд. - Я в порядке, – ответил он. – Но я заметил, что ты не появлялась в пабе последние пару дней. Как ты? Доктору показывалась? - Если я умру здесь, это станет подходящим концом, – хрипло произнесла она. - Бренда? – выдохнул Сацуки. - Рада, что ты пришел, Май. Я бы хотела, чтобы ты взял у меня кое-что на хранение. – Рука Бренды скользнула под подушку и вытащила тонкую цепочку. – Мне не хотелось показывать это соседкам. Она передала цепочку Сацуки. На первый взгляд, вещь напоминала ожерелье, но, присмотревшись, вместо кулона Сацуки увидел кольцо с прозрачным голубым камнем. - Два года назад передо мной появился Бог и подарил мне его, – благоговейно произнесла Бренда. - Бог? – повторил Сацуки. - Да, – отозвалась Бренда. – До тех пор в моей жизни были одни страдания. Моя мать бросила меня сразу после рождения. Ты знал? А мой отец был пьяницей. Когда я была маленькой, он продавал меня за деньги на выпивку. Он наконец-то умер, когда мне было семнадцать, и я освободилась. Но в школу я, считай, не ходила, и не знаю, как выжить, кроме как торгуя своим телом. Сацуки ушам своим не верил. История, которую ему лихорадочно рассказывала Бренда, казалась непостижимой по сравнению с его мирным детством в Японии. - Но Бог меня не бросил, – продолжала Бренда. – В награду за то, что я выжила, он подарил мне это кольцо. Он сказал, его можно продать за большую сумму. Он был так прекрасен, я словно от кошмара очнулась, увидев его золотистые волосы. Я сразу его узнала. Он был Богом. И я сказала ему: «Я не могу продать твое кольцо. Я всегда буду им дорожить. Так что, пожалуйста, приходи ко мне снова». А теперь, я хочу, чтобы ты кое-что сделал, Май. - Что такое? – спросил Сацуки. - Верни ему кольцо вместо меня. Если он придет в паб, где ты работаешь, пожалуйста… – слова Бренды прервал приступ кашля. - Бренда! – воскликнул Сацуки. Ее кашель не собирался останавливаться. И на обычный кашель он не походил. Он был глухим, как при бронхите. Его старший брат в детстве так же кашлял из-за астмы. Во время каждого приступа его забирали в больницу, и их мать оставляла Сацуки и ехала с его братом. Сацуки тогда был совсем маленький и завидовал брату за то, что тот присвоил их маму. На звук кашля зашла соседка Бренды. - На этот раз я вызываю скорую, Бренда! – закричала она. – Не хочу, чтобы ты заразила нас чем-то серьезным. Бренда не ответила, болезненно кашляя. - Эй, парень, не сиди здесь вечно, – рявкнула женщина. – Уже поздно, иди домой. Я посмотрю, что могу для нее сделать. Сацуки ничего не оставалось, кроме как уйти. - Помни… Май… – болезненно простонала Бренда. Сацуки было грустно видеть Бренду такой. Он твердо кивнул, надеясь ее успокоить. На ее лице появилось выражение облегчения. Соседка Бренды покосилась на него с подозрением. С большой неохотой Сацуки покинул квартиру. Это была его последняя встреча с Брендой.

* * *

Невилл приехал в богатый жилой район Лондона по приглашению друга. Даже здесь самым броским строением был пятиэтажный дом, принадлежавший его другу. В этом здании на каждом этаже находилось три отдельных квартиры. Каждая квартира стоила больше, чем Невилл заработал бы за всю жизнь. Его друг же расположился на верхнем этаже. Он объединил три квартиры в одну. Более того, он выкупил и нижние этажи, чтобы ему не мешали соседи. Поэтому в окнах остальных четырех этажей не горел свет. Его другу так же принадлежало большое поместье и особняк на окраине Лондона. Все это он унаследовал от родителей. Ему никогда не приходилось ни на что зарабатывать; он получал все, благодаря своему положению. Невилл, у которого ничего не было, завидовал унаследованному другом богатству. Но он никогда не хотел поменяться с ним местами, поскольку знал: хотя его друг молод и получает все, благодаря своему богатству и статусу, он все равно несчастлив. Впервые Невилл встретил своего друга Эдварда в школе-пансионе. В Англии до сих пор сохранилась строгая классовая система. Родителей Невилла, принадлежавших к рабочему классу, не обрадовала новость о поступлении сына в пансион. Они считали, что любое образование, помимо необходимого, не соответствует их положению, и что рабочий люд должен вести соответствующую жизнь. Невилл сам заработал деньги на оплату обучения, а учителя поговорили с его родителями, так что ему все-таки разрешили там учиться. Но все остальные дети происходили из привилегированных семей. Когда Невилл говорил, одноклассники смеялись над его мещанским акцентом. Даже учителя усмехались, стоило ему открыть рот. Эдвард находился в совершенно ином положении. Даже в их школе он был особенным. Он был наследником корпорации с филиалами по всему миру и однажды должен был унаследовать титул и невероятное состояние своего отца. Вокруг него всегда толпились люди, а он сиял в центре. С одной стороны, любимый сын урожденного дворянина, с другой – ребенок из рабочего класса, чье имя было пустым звуком. Когда они впервые встретились, Невилл и мечтать не смел, что Эдвард отнесется к нему по-доброму. Это Эдвард развил их дружбу. Со своими ясными голубыми глазами, сиявшими из-под золотистых волос, он был настоящим ангелом. Невилл помнил ужас, вызванный необходимостью отвечать на идеальное королевское произношение Эдварда. Его акцент низшего класса зазвучал даже сильнее обычного. Но Эдвард не стал смеяться над ним, как делали остальные ученики. Он был образцом прилежности. И ненавидел свое окружение, полюбившее его слишком легко.

* * *

Поздоровавшись со швейцаром на входе, Невилл поднялся на лифте на пятый этаж. Для него это был практически второй дом. Открыв дверь запасным ключом, Невилл двинулся в гостиную, ожидая застать там своего друга. Эдвард равнодушно вытянулся на диване. Его шелковая рубашка была расстегнута, открывая кожу груди. Заметив уголком глаза Невилла, он вяло поднял бокал в правой руке. - Опаздываешь, а? – таким было его приветствие. – Я уже начал уставать от ожидания. Невилл видел, что Эдвард не в духе. «Так что еще нового?» После выпуска Эдвард чаще бывал в плохом настроении, чем в хорошем. - Не думал, что ты так быстро приедешь в Лондон, – сказал Невилл. - Это все твое письмо виновато, – прорычал Эдвард. Невилл широко улыбнулся. - Само собой, развеяло твою скуку в деревне, а? - Да, спасибо, – ехидно отозвался Эдвард. – Ты совершенно прав. - Тебе не кажется, что на этот раз тебе стоит сдаться и жениться, Эдвард? – спросил Невилл с явной тревогой в голосе. Его друг пренебрежительно пожал плечами с мрачной физиономией. - Не глупи. На ком я женюсь? Ни одна среди девушек из подходящих семей меня не интересует. С меня хватает и того, что я живу уготовленной мне жизнью. - Весьма конструктивное для тебя мнение, – заметил Невилл. - Конструктивное? – На миг лицо Эдварда затуманило озадаченное выражение, но затем он мягко рассмеялся. – Невилл, мне только что пришла в голову отличная идея. - Позволь мне сначала заметить, – перебил его друг. – Я считаю, лучше тебе жениться согласно воле твоего отца. Продолжи Эдвард жить такой праздной жизнью, в конечном итоге, это разрушит его тело и дух. Если он женится, то сможет вести более здоровый образ жизни. Поэтому он и должен жениться. Но, на самом деле, эти слова не передавали истинных чувств Невилла. - Об этом забудь, – презрительно бросил Эдвард. – Просто послушай. Я женюсь. Но это будет фарсом. Я женюсь на ком-нибудь, раз и навсегда утвержу свое право на наследство, а потом распрощаюсь с «женой». - Думаешь, это сработает? – с сомнением спросил Невилл. – Большинство женщин достаточно жадные. Думаешь, сможешь найти ту, что добровольно откажется от титула леди Аргайл? - Я знаю такую женщину, – заверил его Эдвард. – Примерно два года назад я встретил чудесную женщину. Её ужасная жизненная ситуация так меня тронула, что я подарил ей кольцо, семейную реликвию. - Ты ведь не о голубом бриллианте? – недоверчиво спросил Невилл. За все время знакомства с Эдвардом его редко удивляли какие-то из поступков последнего, но сейчас он растерялся. Во всем мире подобные сокровища можно было на пальцах пересчитать. Он не понимал, как можно отдать его чужому человеку. - Она сказала, что не продаст его, – разглагольствовал Эдвард, – хотя так бы ей хватило денег до конца жизни. Она лишь сказала, что хочет снова меня увидеть. Разве не бескорыстная женщина? Уверен, она захочет помочь. - Может, она не знает, сколько стоит кольцо? – предположил Невилл. - Какая разница? – заявил Эдвард. – Я найду ее. Если она сохранила кольцо, то станет моей подставной невестой. - А если она его продала? – спросил его друг. - Выкуплю назад и найду другую женщину. Невилл не отставал. - Думаешь, сможешь так легко найти другую? - Насколько все было бы проще, будь ты женщиной, Невилл, – пошутил Эдвард. Невилл уставился на друга. - По-моему, лучше бы ты был женщиной. Так с тобой было бы куда проще иметь дело. Эдвард живо рассмеялся. Он считал, что его друг шутит. «Ну, я не собираюсь его переубеждать», - подумал Невилл. - Прости, что обрушиваюсь на тебя с такой просьбой, но мне бы хотелось, чтобы ты пошел со мной, – сказал Эдвард, когда его смех стих. - Я к Вашим услугам, мой господин, – поддразнил его Невилл. Эдвард нахмурился.

* * *

Сацуки понятия не имел, что делать с кольцом, доверенным ему Брендой. На нем красовался огромный прозрачный голубой камень. Серебряная оправа была сделана с большим мастерством. Сацуки почти ничего не знал об украшениях, но понимал, насколько это кольцо дорогое. Ему казалось, что если он станет носить его где-нибудь на улице, кольцо украдут, попутно отрезав ради этого палец. В комнате он его тоже оставить не мог, опасаясь воров. Последние три дня он носил цепочку, пристегнутой к петлям для ремня на брюках, спрятав кольцо в карман. Ему было спокойнее держать его при себе. Но он все равно волновался. Он опрометчиво согласился вернуть кольцо владельцу, но это была пугающая просьба. «Возможно, мне стоит вернуть его Бренде». Он боялся снова встречаться с соседкой Бренды, но не мог вечно кольцо у себя держать. И потому решил зайти к ней после работы. Сацуки, как всегда, мыл за барной стойкой тарелки, когда открылась дверь, и зашел посетитель. Он поднял взгляд, надеясь увидеть Бренду. В последнее время он завел привычку проверять каждого заходящего посетителя. Это была не Бренда – просто двое мужчин. Но Сацуки не мог оторвать взгляда от одного из них. Первыми он заметил блестящие светлые волосы. Затем гладкую кожу лица, белого и точеного, словно мраморного. В сочетании со стройной фигурой и ростом это делало мужчину похожим на сошедшую с экрана кинозвезду. Одет он был в строгое пальто из мягкой ткани, в котором с первого взгляда угадывалась дорогая вещь. Мужчина несомненно отличался от остальных посетителей. Приехав в Лондон, Сацуки заметил, что по улицам почти не ходят стильные иностранцы, которых он видел по телевизору и в журналах. СМИ представляли европейцев другими. «Может, он модель. Или…» Сацуки мысленно перебрал всех известных ему британских актеров, но ни один не подходил. «Если уж гадать, я бы сказал, он похож на Бэкхема до того, как тот постригся». Что-то в мужчине напоминало известного футболиста. Мужчина снял свое пальто. Под ним обнаружилась шелковая рубашка, слабо отражавшая тусклый свет. Подойдя к барной стойке, он заказал неразбавленный скотч. Большинство посетителей заказывали эль, британскую разновидность пива. Скотч был редкостью, тем более, неразбавленный. Мужчина осушил рюмку одним глотком, словно воду пил, и заказал еще одну. Сацуки удивленно уставился на него. Его грубая манера пить плохо вязалась с модной одеждой. Мужчина и вторую рюмку проглотил, словно воду. Неожиданно он встретился взглядом с Сацуки. Тот удивленно замер посреди мытья тарелки. Глаза мужчины были того же голубого оттенка, что и камень на полученном от Бренды кольце. Он дружелюбно улыбнулся Сацуки. Возможно, он заметил, что Сацуки на него смотрел. Сацуки почувствовал, как его сердце забилось сильнее из-за чувства неловкости. Не обращая внимания на его смущение, мужчина подозвал его жестом. - Да, сэр? – робко спросил Сацуки. - По-моему, в этом пабе часто бывает женщина по имени Бренда, – сказал мужчина. – Ты ее знаешь? Сацуки восхитило его прекрасное произношение. Говор британцев разнился в зависимости от социального класса. Японцы обычно не видят разницы, но сами британцы за пять минут общения могут понять, к какому слою общества относится собеседник и откуда он. Сацуки жил и работал среди рабочего класса, а в его школе было полно не особо богатых студентов из среднего класса. Он никогда не встречал никого, подобного этому блондину. Сацуки никогда не сталкивался с представителями высшего общества. На его родине, где классовая система до сих пор процветала, люди знали свое место и редко совались на территорию другого класса. Но если бы этот мужчина принадлежал к высшему обществу, он бы не пришел в подобное место. - Бренда болеет. В последнее время она не приходит, – честно ответил Сацуки. - Надеюсь, она вернется, – произнес спутник мужчины с каштановыми волосами, пожимая плечами. - Я тоже. – Блондин кивнул и снова повернулся к Сацуки. – Можешь передать ей от меня сообщение? - Конечно, – быстро ответил Сацуки. - Я пытаюсь найти кольцо и хотел бы с ней связаться, – сказал мужчина. Из внутреннего кармана пальто он достал серебристую визитницу и вручил одну из карточек Сацуки вместе с чаевыми. Затем, допив весь скотч в рюмке, он поднялся уходить. Каждое его движение словно с экрана сошло. Он производил совершенно отличное от других людей впечатление. «Бог подарил мне его». Сацуки вспомнил рассказ Бренды. «Он был так прекрасен, я словно от кошмара очнулась, увидев его золотистые волосы. Я сразу его узнала. Он был Богом». Был этот мужчина «богом» из истории Бренды? Он посмотрел на визитку. Перед именем мужчины значилось «лорд», что указывало на его статус дворянина. Сацуки не знал, как Бренда познакомилась с дворянином, но это не могло помешать ему передать ей, что этот «бог» приходил ее искать. К тому же, мужчина оставил слишком большие чаевые для простой передачи сообщения.

* * *

После работы Сацуки отправился домой к Бренде. На этот раз он тихо постучал в дверь, чтобы вторая женщина не накричала на него снова. Повернув ручку, он обнаружил, что дверь и не заперта, и та просто открылась. Ему казалось странным войти в дом, ничего не сказав, и он пробормотал себе под нос «прошу прощения» на японском. Оказавшись в гостиной, он наткнулся на почти голую женщину, не похожую на встреченную им в прошлый раз, которая делала себе педикюр, поставив ногу на стул. Подняв голову, она подозрительно посмотрела на Сацуки. - Что здесь забыл парень вроде тебя? – требовательно спросила она. - Я к Бренде пришел, – с запинкой ответил Сацуки. - Бренде? О, она три дня как умерла, – равнодушно произнесла женщина. - Умерла? – тупо переспросил Сацуки. - Ага, – подтвердила женщина. - Но я ее здесь на прошлой неделе видел, – бессвязно пробормотал Сацуки. Из комнаты Бренды до него доносились игривые голоса мужчины и женщины. Охваченный неконтролируемым порывом, Сацуки подбежал к комнате и распахнул дверь. - Кто это? – прорычал один голос. - Какой-то парень за нами подглядывает! – воскликнул второй. Две незнакомые фигуры, слившиеся друг с другом на кровати, закричали, недовольные вторжением Сацуки. У того мгновенно покраснели лицо и уши. Он шагнул назад, развернулся и со всех ног бросился прочь из здания.

* * *

Как долго он бежал? Он даже не знал, где находится и как сюда попал. Запыхавшись, он все-таки остановился. Наконец он понял, в каком месте находилась квартира Бренды. Все ее соседки зарабатывали на жизнь, торгуя собой. До него дошло, почему Бренда не хотела показывать им кольцо. Такие люди готовы были использовать ее комнату для своих делишек через считанные дни после ее смерти. Найди они кольцо, сразу бросились бы его продавать. Пробежавшись наугад ночью по незнакомому району, Сацуки совершенно потерялся. Он вызвал такси. Лондонские такси – лучшие в мире; просто назовите адрес и вас отвезут прямо в нужное место. Сацуки показал водителю полученную от водителя визитку. В итоге он оказался в престижном жилом районе рядом с Риджентс-Парком. Заплатил он из чаевых, но у него все равно осталась изрядная сумма. Выбравшись из такси, Сацуки охнул, увидев возвышавшееся перед ним роскошное здание. Вход освещали фонари, у двери стоял швейцар в форме. Сацуки ненадолго заколебался, но сейчас он не мог сдаться. Собрав всю свою смелость, он показал визитку швейцару. - Прямо на пятый этаж, – ответил тот, позвонив в квартиру. Он указал на лифт внутри. - Спасибо, – произнес Сацуки, изображая спокойствие, и зашел в шикарное здание. Он миновал идеально чистый холл, окруженный мраморными стенами. Внутри здание больше напоминало дорогой отель. Хотя люди заходили внутрь в уличной обуви, каждый сантиметр пола покрывали толстые, роскошные ковры. Под потолком висела огромная люстра, испускавшая яркий свет. Тут и там комнату украшали вазы в человеческий рост, в которых стояли удивительные цветочные композиции. Зайдя в лифт, Сацуки нажал кнопку пятого этажа. Его переполняло ощущение собственной неуместности. Но он взял чаевые блондина и теперь должен сообщить ему о смерти Бренды. А еще оставался вопрос с кольцом. Вероятность того, что оно принадлежало блондину, была высока. Двери лифта открылись. В конце коридора виднелась единственная резная дверь. Сацуки нажал на кнопку звонка рядом с ней, и через пару секунд дверь открылась. Но там стоял не блондин, а его друг с каштановыми волосами. - Ты – парень из паба. Что тебе нужно? – спросил он, смерив Сацуки подозрительным взглядом. В пабе Сацуки этого не заметил, но мужчина был по-своему красив. Под его темными каштановыми волосами поблескивали светло-карие глаза. Но блондин обладал настолько мощной харизмой, что на его фоне его друг терял свою личную привлекательность. - Я пришел сообщить, что Бренда умерла, – ответил Сацуки. – Я сам только что узнал. А перед своей смертью она кое-что отдала мне. Он сомневался, знает ли мужчина, что происходит, но все равно достал из кармана кольцо и поднял его повыше. Глаза мужчины округлились, он перевел взгляд с кольца на Сацуки. - Ты знал, что это семейная реликвия лорда Аргайла? – спросил он. - Семейная реликвия лорда? – переспросил Сацуки, повторяя незнакомые слова. - Да, – отозвался мужчина. После недолгого колебания он добавил: – Лучше тебе зайти. Гостеприимным его тон назвать было трудно. «Он думает, я пришел тянуть из них деньги?» Сацуки разозлился, но, зайдя так далеко, отступить он не мог. Он кивнул и последовал за мужчиной в квартиру. Главная комната была просторной, с потолком высоким, как в холле. Но в отличие от светлого холла она была темной и унылой. Они миновали несколько безлюдных комнат, прежде чем оказаться в той, где кто-то был. В комнате стояла двуспальная кровать и, судя по всему, это была спальня. Блондин, которого Сацуки видел в баре, вытянулся на диване со стаканом светло-коричневой жидкости, угрожавшим выскользнуть из его правой руки. - Эдвард, к тебе гость, – обратился к блондину мужчина с каштановыми волосами. - Надо же, милая девушка из паба. – Блондин, названный Эдвардом, не вставая с дивана, перевел взгляд на Сацуки и улыбнулся. Двигался он вяло, его окружала аура упадничества. - На самом деле, я не девушка, а парень, – поспешил поправить его Сацуки. Из-за имени даже в Японии его часто принимали за девушку. В этом плане переезд в Англию мало что изменил, но было более унизительно оказаться принятым за девушку из-за лица, чем из-за имени. Эдвард уставился на него. Похоже, он не поверил Сацуки. - Прости, – произнес он после короткой паузы. Эдвард виновато улыбнулся, видимо, заметив недовольство гостя. Сацуки показалось, что Эдвард его дурачит, и он помрачнел еще больше, но затем напомнил себе, что он сюда не ссоры затевать пришел, и попытался успокоиться. Он совершенно не привык к провокациям. - Понимаете, произошло следующее… – И он рассказал, что привело его сюда, показав заодно кольцо. Неожиданно его перебил смех Эдварда. - Ты слышишь, Невилл? – весело произнес он. – Быстро же провалился мой план. Сацуки почувствовал в манерах Эдварда что-то оскорбительное. Он словно высмеивал смерть Бренды. - Я не удивлен, – удрученно отозвался мужчина с коричневыми волосами по имени Невилл. - Ну, если кольцо Ваше, я Вам его возвращаю, – произнес Сацуки. – В противном случае, я его занесу в полицию. Он хотел как можно быстрее уйти отсюда. Его терпение было на пределе. Невилл со своей настороженностью казался не слишком дружелюбным, а Эдвард не относился к людям, рядом с которыми Сацуки хотелось бы находиться. К тому же, столько всего успело произойти, что он просто устал. - О, оно точно мое, – заверил его Эдвард. – Я подарил его Бренде два года назад. Сацуки протянул ему кольцо. - Тогда я возвращаю его Вам. Эдвард перехватил потянутую руку Сацуки и надел кольцо ему на палец. Сацуки растерялся. - Это кольцо – реликвия моей семьи, – не обращая внимания на реакцию Сацуки, Эдвард повторил слова Невилла. – Отдаем мы его только нашим будущим невестам. Кстати, ты китаец? - Японец, – отозвался Сацуки. - Ты приехал в Лондон смотреть достопримечательности? – спросил Эдвард. - Нет, я учусь здесь, в театральной школе, – пояснил Сацуки. - Театральной? Правда? – восторженно повторил Эдвард. – А как тебя зовут? - Имамура Сацуки. Сацуки специально назвал полное имя на японский манер. Большинство британцев не привыкли к японским именам и плохо запоминали их с первого раза. Он не собирался вежливо диктовать свое имя этому высокомерному типу. - Имамурасацуки – это твое имя? – спросил Эдвард. Сацуки немного смягчился. Никто в Лондоне не произносил его имя так хорошо. - Имамура – это моя фамилия. Сацуки – имя. - Сацуки, – пробормотал Эдвард. – Какое чудесное экзотичное имя. А азиаты такие привлекательные. Согласен, Невилл? Он не собирался отпускать руку Сацуки. Невилл только плечами пожал. - Прошу прощения, – пробормотал Сацуки. Он начинал понемногу чувствовать себя пойманным в ловушку. Никто никогда не держал его за руку так долго. Он попытался незаметно освободить руку, но Эдвард усилил хватку. Блондин улыбнулся, судя по всему, веселясь. Он смеялся над неловкостью Сацуки? Эта мысль еще больше разозлила Сацуки. Но было бы не слишком по-взрослому выходить из себя сразу после знакомства с человеком, так что он взял себя в руки. - Не желаешь ли стать моей невестой? – неожиданно спросил Эдвард. Этот вопрос поразил Сацуки. - Вашей невестой? – переспросил он. Он начинал сомневаться в своем знании английского. Он не понимал, о чем говорит Эдвард. - Так получилось, – пояснил Эдвард, – что мне навязывают брак с совершенно не интересующей меня особой, и дабы этого избежать, мне нужна подставная невеста. Ты говорил, что числишься в театральной школе? Сацуки кивнул. - Да. - Значит, ты хороший актер, – подвел итог Эдвард. – Как тебе? Я буду платить тебе триста фунтов в день, если притворишься моей невестой. Весьма неплохо, как по мне. - Думаю, это хорошая идея, – вклинился Невилл. – Этот парень будет отлично смотреться, если приодеть его как девушку. – Он рассмеялся так сильно, что схватился за живот. - Минуточку, – запротестовал Сацуки. – Я - парень. И зачем кому-то изображать подставную невесту? Уверен, найдется множество подходящих женщин. Эдвард печально улыбнулся. - Не думаю, что это сработает. - Большинство женщин не захотят просто притворяться невестой богатого и красивого аристократа, – пояснил Невилл. Эдвард устало вздохнул. - Мы планировали попросить Бренду. Все-таки, она была проституткой. Она бы понимала свое положение. Сацуки почувствовал, как к его лицу прильнула кровь. Какой жалкой сейчас казалась Бренда, считавшая его Богом! Эдвард говорил не просто пренебрежительно, он ее оскорблял. - Я не могу этого сделать, – холодно произнес Сацуки. – Пожалуйста, найдите кого-нибудь еще. – Освободив руку, он стянул кольцо и положил его на стол. – Кольцо я Вам вернул, так что теперь отправляюсь домой. Он не смог скрыть резких ноток в голосе. - Ты кажешься расстроенным, – спокойно произнес Эдвард. – Давай я отвезу тебя домой в качестве извинения. - Спасибо, не надо! – сразу ответил Сацуки. Грубость Эдварда, может, и была примером британской манеры ведения разговора под названием «остроумие», но это зашло слишком далеко. Сацуки больше не хотелось участвовать в разговоре. У него уже сложилось дурное мнение об Эдварде. «Он, может, и красив, но характер у него отвратительный». Эдвард обаятельно улыбнулся. - Не скромничай. Сацуки действительно хотелось отказаться. Но, в итоге, домой он поехал в машине Эдварда. Главная причина была в том, что он не знал дороги назад. А найти такси в жилом районе посреди ночи было невозможно. Единственным положительным моментом стало то, что Эдвард был пьян, и Сацуки домой повез Невилл. Этот мужчина с каштановыми волосами был немного загадочным, но сравнению с Эдвардом казался совершенно нормальным. - Успокоился немного? – спросил по дороге Невилл. – Он не желает тебе зла. Просто вспомни, что он был пьян, и забудь обо всем. - Бренда так хотела его увидеть. Но его слова… – прорвало Сацуки. Он не мог не пожаловаться. - Еще раз, как тебя зовут? – спросил Невилл. - Сацуки. В переводе с японского это значит «май», так что все меня так называют. - Май, значит. Меня зовут Невилл Оукли. Я работаю в третьесортной бульварной газете. - Так Вы журналист? – спросил Сацуки. Невилл кивнул и замолк. Машина неслась сквозь ночь. Сацуки видел, что все магазины за окном закрыты, а на сонных улицах города нет прохожих. Невилл, похоже, полностью сосредоточился на управлении автомобилем и не собирался начинать разговор, так что Сацуки тоже молчал. Они приехали к дому Сацуки, так и не продолжив разговор. Выйдя из машины, Сацуки вытащил из кармана остатки чаевых. - Не могли бы Вы вернуть эти деньги вместо меня? – попросил он. - Но почему? – поинтересовался Невилл. - У меня нет причин их оставлять, – пояснил Сацуки. - А ты довольно честный, да? – заметил Невилл. – Хотя не думаю, что его волнуют деньги. - Меня волнуют, – настаивал Сацуки. – Я использовал лишь часть, чтобы оплатить такси до его дома. - Хорошо. – Невилл взял деньги. – У меня только один совет, раз уж ты такой честный. Не связывайся с ним больше. - Ну, не думаю, что увижу его снова, – парировал Сацуки. - Будем надеяться, – загадочно ответил Невилл, после чего уехал.

* * *

Дойдя до общежития, Сацуки сразу отправился в свою комнату и упал на кровать. Сегодня столько всего произошло. Весь день он усердно трудился на занятиях в школе, а потом сразу пошел на свою подработку в пабе. Одно это его утомило. Но затем глубокой ночью он узрел сначала низший, а потом и высший слои лондонского общества. И Бренда была мертва. Их расставание было таким внезапным, что эта новость не укладывалась у него в голове. Он даже не мог ее могилу навестить, потому что не знал, где она похоронена. А идти снова в ту квартиру у него не было ни малейшего желания. Стоило ему закрыть глаза, как перед его внутренним взором появился прекрасный образ Эдварда. Будь ему знакома лишь внешность Эдварда, мужчина казался бы идеальным. И он был настоящим аристократом. Встреча с ним могла стать хорошей историей после возвращения в Японию. «Хотя, наверное, я его больше никогда не увижу», - сказал себе Сацуки.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/[Yaoj]-Obeshhanie-romantiki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Действие 2: Укрощение Строптивой.

- Май! Май! Проснись! Сначала до Сацуки не дошло, что обращаются к нему. Когда он очнулся, вся группа смотрела на него, смеясь. У них шло занятие по отработке естественных движение, на котором все закрывали глаза и свободно двигались под музыку, поставленную учителем. Стоило Сацуки закрыть глаза, как он уснул. В последнее время его занятия становились все труднее и труднее, поскольку школа готовилась к выступлению в конце семестра. В дополнение к обычным урокам студентам приходилось посещать репетиции пьесы. Работая параллельно с учебой в пабе, Сацуки начал достигать своего физического лимита. Но, брось он работу, ему бы и из школы уйти пришлось. «Лучшим вариантом было бы взять академ в школе и найти хорошую работу, чтобы денег заработать, а потом вернуться». Он осознал, что всерьез обдумывает предложение Эдварда. Триста фунтов – это 60,000 йен, более шестисот долларов в день. Он мог заработать больше своей месячной зарплаты в пабе, просто переодевшись женщиной. И это стало бы не первым его опытом переодевания. Первые два года старшей школы ученики старших классов заставляли его играть женские роли во всех пьесах. Он этого не хотел, но все говорили, что Сацуки красивее любой девушки. На третьем году он стал главой театрального кружка. Став лучшим, он с облегчением избавился от необходимости носить женские наряды. Но, учитывая нынешние обстоятельства, едва ли его можно было винить. И он вынужден был признать, что по возвращению в Японию это предложение, вероятно, станет лучшей историей. Последний толчок к смене решения Сацуки нагрянул неожиданно – Эдвард пришел в паб. Даже в забитом пабе Эдвард сразу бросался в глаза. Он был одет в повседневную темно-зеленую рубашку и широкие бежевые брюки, но все равно походил на модель из журнала. Держа в одной руке неразбавленный скотч, он с улыбкой подошел к Сацуки. - Когда у тебя заканчивается работа? – спросил он. - В десять вечера, – слегка ошарашено ответил Сацуки. - Давай потом на свидание сходим, – предложил блондин. - Свидание? – повторил еще более ошарашено Сацуки. Эдвард кивнул. - Ага. Сацуки отчаянно пытался вспомнить значение этого слова. Обычно свидание – это когда двое влюбленных назначают время и место встречи. Были и другие значения? Например, в Японии, говоря «Давайте выпьем чая», именно это и имеют в виду. Но в Англии значение фразы менялось в зависимости от социального статуса говорящего. Люди среднего класса и выше понимали «Давайте выпьем чая» буквально, совсем как японцы. Но для рабочего класса это означало совместный ужин. Когда Сацуки приглашал на чай английский друг, он всегда сомневался, чай его зовут пить или ужинать. Так что, возможно, у «свидания» тоже было неизвестное ему значение. Или Эдвард шутил? Не в силах определиться, он просто согласился. Закончив с работой, он вышел из паба с Эдвардом. - На самом деле, я еще не ужинал, – заметил Эдвард. – А ты? - Я только перекусил перед работой, – ответил Сацуки. Он не врал. На самом деле, последний раз он ел шесть часов назад. - Хочешь поужинать у меня? – предложил Эдвард. Сацуки кивнул. На пустой желудок он бы никогда не уснул. Он не собирался отказываться от возможности поесть. И он бы солгал, сказав, что его не интригует ужин в доме дворянина. Они взяли такси на площади Пикадилли и поехали домой к Эдварду. В просторном помещении, как всегда, отсутствовали признаки жизни. Оно напоминало руины. - Где мистер Оукли? – спросил Сацуки. - У него много работы, – пояснил Эдвард. – Видимо, он не может проводить все время со мной. - Лорд Аргайл… – Сацуки запнулся, пытаясь произнести имя Эдварда. Стоявшее на полученной от Эдварда визитке имя было слишком длинным, и он сомневался, как к нему обращаться. - Забудь про формальности, просто зови меня Эдвардом, – сказал блондин, заметив замешательство Сацуки. - Ты один здесь живешь… Эдвард? – поинтересовался Сацуки. - Ага, – отозвался тот. - Мне казалось, у аристократии много слуг, – заметил Сацуки. - В моем поместье их до тошноты много, – сказал Эдвард. - У тебя еще один дом есть? – спросил Сацуки. Эдвард рассмеялся. - В Дорсете, на пустошах. Сацуки уставился на него. Голубые глаза Эдварда, словно блестящее стекло, были глубоко посажены на его точеном лице. Он странно двигался. Он почти не походил на человека. Сацуки начал немного лучше понимать, почему Бренда называла его «Богом». - Я сейчас вернусь, – неожиданно заявил Эдвард. Он исчез, оставив Сацуки одного в гостиной. Сацуки огляделся. Для своих размеров комната была освещена скудно, и здесь царил полумрак. Стены украшали картины в рамах. Сацуки обладал ограниченными познаниями в искусстве, но узнал работу Шагала. Вероятно, это был подлинник. А вся мебель выглядела как ценный антиквариат. Он чувствовал себя, почти как если бы по ошибке забрел в художественный музей. Через какое-то время вернулся Эдвард. - Ужин готов, – объявил он. – Проходи в столовую. Большой стол был накрыт белой скатертью, а в центре его стоял серебряный подсвечник с зажженной свечой. Атмосфера получилась великолепной. Но стоявшая на столе еда не отличалась разнообразием – только спагетти с мясным соусом и вино. Сацуки не знал, стоит ли ему высказаться по поводу неожиданной скудности трапезы или промолчать. Он решил ее проигнорировать. - Итадакимас , – произнес он на японском, беря вилку. - Что это значит? – спросил со странным выражением Эдвард. - В Японии люди так говорят перед едой, – пояснил Сацуки. - Значит, итадакимас, – жизнерадостно скопировал произношение Сацуки Эдвард. Сацуки сам не знал, почему, но слышать японское слово из уст светловолосого иностранца казалось неправильным. Спагетти были не настолько хороши, чтобы их хвалить. Лапша была слишком мягкой, а соус, судя по вкусу, словно из консервы взяли. Но вино было прекрасным. Глянув на этикетку, Сацуки увидел, что оно довольно старое. Он пожалел, что так быстро его выпил. Возможно, ему в жизни больше не доведется попробовать ничего настолько утонченного. - Я рад, что ты решил придти, – сказал Эдвард после еды. – Нет ничего более унылого, чем есть в одиночестве. – Повзрослев, он никогда не ел ни с кем из школьных друзей кроме Невилла. – Все заняты на работе, кроме меня. Я не работаю. Но у них нет времени навещать меня, – признался он почти скромно. Тем не менее, работать ему мешало не отсутствие вакансий. Скорее, у него не было необходимости работать, благодаря родительскому наследству. Наверное, это вино привело Сацуки в приподнятое настроение, так что он разговаривал с Эдвардом о своих школьных днях, о Японии и о тысячи других вещей. Ему казалось, что его английский слишком натянутый, и он с трудом понимал рассказы Эдварда, но блондин казался очень заинтересованным и слушал внимательно. Он вел себя совершенно не так, как при их первой встрече. Он превратился в настоящего джентльмена. - Могу я иногда приглашать тебя? – спросил Эдвард. Сацуки кивнул. Блондин улыбнулся с радостным видом. В прошлом он явно изнывал от скуки. Сацуки хотелось уйти вовремя, чтобы успеть на последний поезд метро. Его хозяин настоял, что проводит его до ближайшей станции и, в итоге, они отправились туда вместе. Стояла самая холодная пора февраля. Они сразу протрезвели и погрузились в естественное молчание. Сацуки казалось, что поднимать тему работы не следует.

* * *

Когда они дошли до станции, Эдвард купил Сацуки билет. Во время ужина тема работы не всплыла ни разу. Сацуки тревожило, не успел ли Эдвард найти другого кандидата. - Кстати, то, о чем ты в прошлый раз говорил… я готов попробовать, – сгоряча произнес он, когда они собирались прощаться. Но, возможно, все это было шуткой. Когда разум Сацуки захлестнула волна тревог, Эдвард обнял его. - Чудесно, – прошептал блондин. - Эм. – Сацуки не привык к объятиям на публике. Хорошо еще, что в такой поздний час на станции больше никого не было. Иначе он бы, наверное, оттолкнул Эдварда из чистого смущения. - Я рад, что ты принимаешь мое предложение, – сказал Эдвард. Он снял кольцо с голубым бриллиантом со своего безымянного пальца. – Возьми его, – продолжил он, торжественно надевая кольцо на палец Сацуки. Затем он нагнулся и поцеловал тыльную сторону ладони Сацуки. Это была словно сцена из пьесы. Сацуки почувствовал, как его лицо жарко покраснело. Он точно никогда не привыкнет к английскому юмору. Телефон Сацуки зазвонил почти сразу, как он пришел домой. Это был Эдвард. - Домой нормально добрался? – спросил блондин. - Ага. - Рад это слышать, – произнес Эдвард. Прожив так долго в одиночестве в чужой стране, Сацуки почувствовал от этих слов тепло на сердце. - Не хочешь снова завтра со мной поужинать? – спросил Эдвард. Сацуки с благодарностью согласился. Завтра была пятница, а поскольку в субботу занятий не было, это была хорошая возможность опробовать новую работу. - Я завтра пораньше с работы уйду, – пообещал он. Ему не терпелось услышать подробности предложения, так с чего ему было отказываться?

* * *

На следующий день Сацуки решил прогулять работу и сразу после занятий отправился к Эдварду. Швейцар помнил его и сразу впустил. Миновав похожий на гостиничный холл, он поднялся на пятый этаж. Появился широко улыбающийся Эдвард. - А вот и ты! – воскликнул он. Он проводил Сацуки в гостиную и предложил выпивку. Сацуки попросил пиво, опасаясь, что если выберет вино, ему снова нальют что-то невероятно дорогое. До появления Сацуки Эдвард пил бренди. - Недавно Невилл звонил, сказал, скоро приедет, – сообщил блондин. – Когда он появится, отправимся в китайский ресторан. Сацуки вспомнил предостережение Невилла не связываться с Эдвардом, и ему стало слегка неуютно. - Мне точно стоит идти, раз к тебе друг присоединится? – решил он уточнить. - Конечно, – ответил Эдвард. – Он – старый друг. С ним можно не волноваться о формальностях. Сацуки вынужден был уступить. - О, кольцо у тебя с собой? – спросил Эдвард, беря его за руку. - Я держу его в кармане, – ответил Сацуки, торопливо вытаскивая цепочку с кольцом. – На самом деле, я бы хотел его вернуть. Я боюсь его потерять. - Оно тебе велико? – спросил Эдвард. – Я попрошу подогнать размер. Он словно совсем не слышал Сацуки. - А я должен его носить? – уточнил тот. - Конечно. На публике. – Эдвард рассмеялся. – Это символ помолвки с представителем семьи Аргайл. У Сацуки голова кругом шла. Но сдаваться сейчас он не собирался. Эдвард оказался не таким ужасным, как он считал поначалу, но все равно определенно оставался странным. После этого разговора появился Невилл. Секунду он казался удивленным, увидев Сацуки, но затем к нему вернулась ироничная улыбка. - Так ты все-таки с ним связался, – сказал он. – Наверное, он тебе очень нравится, Май. - Сацуки будет играть Элизу из «Моей Прекрасной Леди», а я стану профессором Хиггинсом, – заявил Эдвард. – Полагаю, ты, в таком случае, будешь полковником Пикерингом. Похоже, он искреннее веселился. Одри Хепберн, фея киноэкрана, снялась в «Моей Прекрасной Леди», ставшей одним из самых известных фильмов с ее участием. Она играла цветочницу с Ковент Гардена, превратившуюся в утонченную леди под руководством профессора Хиггинса, лингвиста. - Ну, раз уж мы фильм воспроизводим, как на счет небольшого пари, профессор? – произнес увлекшийся Невилл. – Элиза стала леди за шесть месяцев, но сколько времени есть у тебя, Май? Эдвард пожал плечами. - Шесть месяцев – это еще цветочки. У нас есть три месяца на то, чтобы разрушить интриги старика до церемонии помолвки. - Хочешь сказать, Май через три месяца будет рядом с тобой стоять на церемонии помолвки в Найтсбридже в отеле «Хайд-Парк»? – недоверчиво спросил Невилл. - Что именно я должен делать? – вклинился Сацуки. - Тебе просто нужно быть моей невестой, – ответил Эдвард. – Это не трудно. О, точно. Как мы и договаривались, ты будешь получать триста футов в день. Начинаем с сегодняшнего дня. Я так же буду выдавать тебе деньги на одежду, так что не волнуйся. - Минуточку! – закричал Сацуки. – Ты знаешь, сколько дней осталось до мая? И я не смогу тебе вернуть деньги, если все провалится. - Май прав, – произнес Невилл. – Для вас обоих будет лучше заключить контракт. Его слова успокоили Сацуки. Некоторые вещи Эдвард понимал плохо, но Невилл работал журналистом и не был обделен здравым смыслом. - Хорошо, – уступил Эдвард. – Мы можем устроить все завтра. Хотя я был бы рад и сегодня Сацуки в Дорсет отвезти, если это поможет остановить старика. - Не спеши, – сказал Невилл. – По-моему, у Мая шок. - Рассчитываю на твою помощь, Невилл, – серьезно произнес Эдвард. Затем его глаза снова зажглись проказливым огоньком. – Или, лучше сказать, полковник Пикеринг? Его друг пожал плечами. - В любом случае, сейчас на первом месте ужин. План сможем и позже продумать. С этим никто не стал спорить. Даже в Англии, где еда считалась такой невкусной, относительно хорошие китайские блюда можно было найти в дорогих ресторанах – местах, о которых Сацуки мог лишь мечтать со своим безденежьем. Втроем они умяли изрядные порции, прежде чем покинуть ресторан.

* * *

На следующее утро Сацуки разбудил звонок Эдварда. Контракт был составлен, и блондин хотел, чтобы Сацуки пришел как можно быстрее. Он казался непривычно взволнованным. На часах было всего восемь утра. Сацуки предпочел бы поспать, раз занятий в тот день не было, но проснувшись, уснуть он уже не мог. Он сдался, вылез из постели и оделся. Затем доехал на метро до квартиры Эдварда. Стоило Сацуки нажать на звонок у двери на пятом этаже, как сразу показался хозяин. - Заходи, Сацуки. – Эдвард положил руку ему на плечи и быстро поцеловал в щеку. В Англии этот жест был широко распространен не только среди парочек. Только Сацуки все равно к нему не привык. Но, словно требуя ответного поцелуя, Эдвард подставил ему свою щеку, и Сацуки вынужден был уступить. Войдя в гостиную, он увидел лежавшего на диване Невилла. На мужчине была та же одежда, что и вчера – должно быть, он оставался ночевать. - Невилл, Сацуки пришел, – сообщил Эдвард, поднимая его. - Так быстро? – Невилл сел, потягиваясь. – Хочу кофе. Где горничная? - У нее выходной, – пояснил Эдвард. – Полагаю, придется делать самому. – Эдвард скрылся на кухне. - Доброе утро, – поздоровался с Невиллом Сацуки, решив, что его целовать и обнимать необязательно. - Он, наверное, заставил тебя в такую рань прийти, – заметил Невилл. Сацуки кивнул. - В высшем обществе привыкли раздавать приказы, – добавил он. – Они не думают о неудобствах других людей. - Определенно, так и есть, – согласился Сацуки. - Если хочешь отказаться, сейчас самое время об этом сказать. – Лицо Невилла расплылось в понимающей улыбке. - Ты и раньше пытался меня остановить, – сказал Сацуки. – Почему? Мужчина пожал плечами. - Потому что ты станешь игрушкой богача. - Но мне нужны деньги, – отозвался Сацуки. – Все это слишком вовремя мне подвернулось. - Тогда я ничего не могу сделать, – заметил Невилл. - С чем ты ничего не можешь сделать? – спросил вернувшийся Эдвард. - Я спрашивал Мая, готов ли он к этому. – Невилл встал и принес со стола стопку бумаг. – Это ваш контракт. - Довольно толстый, – заметил Сацуки. Он сам просил разъяснений, но теперь, когда новая работа стала реальной, почувствовал страх. - Простая перестраховка. Настоящего юриста для его составления мы не нанимали, – сказал Невилл, разворачивая документ. Сацуки взял его часть и просмотрел текст, но разобраться в нем не смог. Невилл, видя мучения Сацуки, пояснил: - Первая часть – предисловие. Оно забито юридическими терминами, но особо не пугайся. Далее идет описание работы и оплаты. Самая важная часть – обязанности. Главная обязанность – изображать невесту Эдварда. Затем появление на церемонии помолвки в мае у всех на глазах. А финальная цель – сыграть свадьбу в течение года. - Свадьбу?! – удивленно закричал Сацуки. - Ты верующий христианин, Сацуки? – тревожно спросил Эдвард. - Нет, я - буддист, – ответил тот. На самом деле, он был атеистом, но иностранцы в это не верили, и потому у него был заготовлен такой ответ. - Значит, никаких проблем, – облегченно произнес Эдвард. Невилл усмехнулся. - Ага. Это было самое большое препятствие, но раз ты буддист, оно устраняется. - Что значит «никаких проблем»? – У Сацуки, похоже, проблем хватало. Ладно еще помолвка, но теперь им нужна была свадьба. - Ты ведь не собираешься сказать нам, что не можешь врать в церкви, хоть и не исповедуешь христианство? – спросил Невилл. Сацуки мог лишь покачать головой. Невилл продолжал: - После свадьбы вы отправитесь в свадебное путешествие. Хотя ты можешь просто притвориться, что едешь. Ты еще и расписание своей школы должен учитывать. Мы постараемся спланировать как можно больше событий на твои каникулы. Похоже, они с уважением отнеслись к желанию Сацуки посещать занятия. Но он все еще не успокоился до конца. - Посреди медового месяца, – продолжал Невилл, – вы поссоритесь и разведетесь. И на этом твоя роль закончена. Вы двое разорвете все связи. Встретившись на улице, вы сделаете вид, что незнакомы. Так в женитьбе Эдварда не заподозрят фарс после исполнения плана. «Короче, я брошу его в аэропорту, а не у алтаря». Сацуки согласился. Его устраивало отсутствие обязательств в будущем. Что бы ни случилось, через три года он сможет окончить школу и вернуться в Японию. Он не видел никаких проблем. - Теперь, когда план в силе, у лорда Аргайла есть к тебе одна просьба – добавил Невилл. - В чем дело? – спросил Сацуки. - Он хочет, чтобы ты жил с ним в его квартире, – последовал ответ. - Что? – воскликнул Сацуки. - Крайне неудобно вызывать тебя при каждой возникшей необходимости, – заметил Невилл. - Но… – Сацуки не знал, что ответить. Он не представлял, как будет жить с Эдвардом. Они родились и выросли в совершенно разных местах. А блондин был дворянином. Их миры просто слишком отличались. - Если не можешь прямо сейчас ответить, можем пока отложить этот вопрос и обсудить твою зарплату. – Невилл перевернул страницу. – Триста фунтов в день с момента подписания контракта. Все расходы оплачивает лорд Аргайл до окончания срока действия контракта. Плюс доплата в десять тысяч фунтов в случае успеха плана. До церемонии помолвки оставалось три месяца. В итоге выходила кругленькая сумма. Сацуки начинал побаиваться огромной кучи денег, которую получит, когда все закончится. Ему казалось, что он чуть ли не в преступлении участвует. Едва ли он сможет обойтись без вранья, если их раскроют. - А если что-то пойдет не так? – спросил он. У Невилла и на это был ответ. - В случае болезни, непреодолимых обстоятельств или вмешательства третьей стороны тебе будет выплачена набранная за время работы сумма. Но если ты специально сорвешь план, будешь обязан выплатить определенный процент лорду Аргайлу. - Специально сорву план? – озадаченно переспросил Сацуки. Невилл кивнул. - Да, например, продажа информации о плане СМИ – это нарушение контракта. Если правильно все провернуть, можно получить больше денег, чем платит лорд Аргайл. - А ты разве не часть СМИ, Невилл? – спросил Сацуки. Невилл снова кивнул. - Да, но если информацию солью я, то я обязан буду тебе заплатить. Даже если на меня снизойдет удача, такие деньги мне не светят, так что не волнуйся. Я просто попрошу у вас лучшее место на церемонии помолвки и свадьбе. И интервью после развода, пожалуй. Хотя все это есть в контракте. Еще вопросы? - А если план провалится из-за того, что моя актерская игра будет недостаточно убедительной? – поинтересовался Сацуки. - Я бы предпочел об этом не думать, – отозвался Невилл. – Но в таком случае контракт будет разорван. Хотя и компенсации ты не получишь. Так что лучше старайся изо всех сил, чтобы этого не произошло. Конечно, мы, в свою очередь, окажем посильную помощь. Еще что-нибудь? Сацуки покачал головой. Невилл повернулся к другу. - А у тебя, Эдвард? - Ничего, помимо вопроса о месте проживания Сацуки, – ответил Блондин. - Ты ведь не собираешься заставлять Мая против воли здесь оставаться? – Невилл вычеркнул из документа предложения, касавшиеся вопроса жилья. – Давайте просто вычеркнем этот пункт. Можем обдумать его позже, если после начала всплывут какие-то проблемы. Эдвард казался недовольным, но все-таки согласился. - Тогда подписываем, – сказал Невилл. Сацуки кивнул. Теперь, зайдя так далеко, он не станет отступать. - Контракт был оформлен и утвержден всеми сторонами, – произнес Невилл, когда были поставлены все три подписи. – Я рад, что все хорошо прошло. С женщиной было бы куда хуже. Наверное, пришлось бы добавить пункт о защите ее добродетели. - Невилл, пожалуйста, – недовольно скривился Эдвард. - Прости, – отозвался тот. – Увлекся своими шуточками. Но вам не кажется, что подписание контракта необходимо отметить? - Ты нацелился на то вино, что я купил на прошлой неделе, да? – засмеялся Эдвард, к которому вернулось хорошее настроение. - Конечно, – согласился Невилл. – Слышал, довольно неплохой урожай. - Ну, тогда угощайся, – предложил его друг. – Я хочу сводить Сацуки за покупками. Сацуки подозрительно на него посмотрел. - Покупками? Какими? - Одежда, сумочки и обувь, оденем тебя с ног до головы, – ответил Эдвард. - Зачем? – удивился Сацуки. - Ну, если у тебя есть свои платья, пожалуй, можно и без этого обойтись, – насмешливо отозвался Эдвард. - Прямо сейчас? – запротестовал Сацуки. - Да, – твердо ответил Эдвард. - Это часть работы за триста фунтов в день. Вперед. – Невилл помахал Сацуки. - Невилл! Но его возглас, похоже, проигнорировали, поскольку Невилл скрылся на кухне.

* * *

Эдвард отвез его на Бонд-Стрит, где теснились витрины известных бутиков. Оформлены они были так, чтобы демонстрировать, насколько это престижные и дорогие магазины. Блондин толкнул дверь одного из бутиков. Он не походил на место, куда Сацуки может заявиться в своей уличной одежде – пуховике, потертых джинсах и грязных кроссовках. Эдвард затолкал Сацуки в магазин, не обращая внимания на его колебания. Собрав всю свою смелость в кулак, Сацуки зашел внутрь, и к ним дружно повернулись все продавщицы. Пятеро или четверо из них сразу окружили Эдварда. - Лорд Аргайл! - Чем мы Вам сегодня можем помочь? - Нам как раз доставили вещи, которые придутся Вам по вкусу, сэр. - Я пришел за одеждой для моей спутницы. – Эдвард подмигнул Сацуки. Похоже, представление началось. Все продавщицы начали хвалить Сацуки. - О, какая милая девушка. - Что за прекрасные черные волосы и глаза. - А какая чудесная кожа. Сацуки отвечал на лесть одними улыбками. Заговори он беспечно, и мог все испортить. - Что вы ищите? – спросила одна из женщин. - Все, – решительно ответил Эдвард. – Все в магазине, что пойдет ей. У Сацуки челюсть отвисла. Когда они только зашли в магазин, он глянул на ценник костюма на витрине. Столько денег он обычно тратил за три месяца. Женщина просияла. - Узнаю нашего лорда Аргайла. Сейчас все подготовим. Похоже, женщины к подобным выходкам привыкли и разбежались, весело улыбаясь, по магазину, выискивая подходящие Сацуки вещи. Вскоре он с удивлением обнаружил перед собой гору одежду. А продавщицы сразу начали показывать свои находки. - Это очень популярная сумочка. У нас только одна осталась. Она Вам идеально подойдет, мисс. - А это пальто… Сацуки это быстро надоело, но он терпел с улыбкой одну презентацию за другой. Когда все закончилось, он взял стопку одежды и закрылся в оснащенной зеркалом примерочной. Продавщицы относились к Сацуки, как к ребенку. Японцы выглядят моложе европейцев, и с их точки зрения он пребывал на пороге подросткового возраста. Возможно, этим женщины и объяснили себе отсутствие у него груди. Он переоделся в бледно-розовый костюм с юбкой. Сацуки изучил свое отражение в зеркале, чтобы убедиться, что ничего не вызывает подозрения. Но ему было нечего бояться. Его изящные черты были слишком тонкими, чтобы заподозрить в нем мужчину. И ростом он не отличался. По сравнению с европейскими женщинами, он был низким. А благодаря его пренебрежительному отношению к стрижке, пряди его волос ниспадали на плечи, придавая ему довольно женственный вид. Большие слегка раскосые глаза. Аккуратный нос. Пухлые губы. Он понял, почему старшие товарищи в школе так веселились, заставляя его одеваться девушкой. «Только подумать, я приехал в Англию лишь для того, чтобы снова переодеваться». Он презрительно посмеялся над собой. Но девушка в зеркале игриво посмотрела в ответ. Когда он вышел из примерочной, все продавщицы, хорошо знавшие свое дело, засыпали его лестью. - Как я выгляжу? – спросил он Эдварда с широкой улыбкой. Глаза Эдварда удивленно округлились. - Ты, без сомнения, прекрасная леди. Три часа спустя Сацуки вышел из магазина полностью преображенным. Пуховик сменился длинным кашемировым пальто, а джинсы – юбкой. Вместо кроссовок он был обут в кожаные сапожки на высоких каблуках; на плече у него висела дорогая сумочка, а на запястье красовались прекрасные часы. Все, что он не надел, отправили в квартиру Эдварда. Сацуки все равно не хотел отсылать вещи к себе домой, но, сделай он так, они бы заняли всю его комнату. Эдвард взял Сацуки за руку, когда он сели в такси. - Я забронировал столик на обед в отеле, – сказал он. Они приехали к «Отелю Ритц». С потолка свисала декоративная люстра, наполнявшая комнату ярким светом. Ресторан считался лучшим в Лондоне, благодаря еде, обслуживанию и атмосфере. Стоило им зайти, как появился мужчина, вероятно, метрдотель. - Мой лорд, мы Вас ждали, – сказал он. Он отвел их за столик с еще лучшим видом. Сацуки шел, взяв Эдварда под руку. Ему не хотелось так близко находиться, но это отвлекало его от неспособности нормально ходить в его новой обуви. Наверное, у него разыгралось воображение, но, казалось, что все вокруг уставились на них. Метрдотель отодвинул перед ним стул и Сацуки сел. Глубоко вздохнув, он снова огляделся. Одеты все были прилично. Никто не носил баек с любимыми футбольными командами, как делали посетители бара, где он работал. - Что будешь, Сацуки? – спросил Эдвард, открывая меню. - Я не знаю. Можешь выбрать за меня, – отозвался Сацуки, парализованный ценами, которые увидел в меню. Эдвард подозвал официанта и привычно сделал заказ. Сначала принесли вино. Эдвард его попробовал, и оно ему не понравилось, так что принесли другую бутылку. Вино было хорошим, и откровенная роскошь, с которой так легко открыли новую бутылку, шокировала Сацуки. На обед был охлажденный шотландский лосось и ростбиф, основа всей британской кухни. Хотя в целом британская еда была весьма отвратительна, Сацуки обнаружил, что бесплатным ничего не бывает – еда была изысканной. Поев, они отправились в магазин на Риджент-Стрит и снова скупили все в заведении. Сацуки взял себя в руки и притворился, что наслаждается покупками. Затем, и правда развеселившись, они поехали в «Харродс» за париками, косметикой и женским бельем. Вечером, когда они вернулись в квартиру Эдварда, на Сацуки нашло игривое настроение. Он переоделся в красивое платье, надел белье с набивкой, парик и накрасился. Его опыт переодевания в театральном кружке изрядно пригодился. И он наконец-то оделся в соответствии со своим возрастом. Закончив, он снова взял под руку Эдварда, и они отправились смотреть новую оперу в Королевской Опере. После этого они поужинали в «Кафе Роял», очень старом ресторане, который до своего открытия в девятнадцатом веке служил важным местом встреч и принимал многие исторические события. Эдвард снова заказал дорогое вино, а Сацукии впервые в жизни попробовал голубиные грудки. Проведя целый день с Эдвардом, Сацуки начал думать, что ранее был к нему несправедлив. Блондин не был плохим человеком, как он поначалу подумал, и даже оказался не таким уж странным. Он очень внимательно слушал все, что говорил Сацуки, и изо всех старался, чтобы тот не заскучал. Если бы ему пришлось назвать недостаток, он бы сказал, что Эдвард слишком богат. То, как свободно Эдвард распоряжался деньгами во время похода по магазинам, искренне шокировало Сацуки. Когда они доели десерт, официант принес кофе. Эдвард торжественно достал кольцо – реликвию. - Размер подогнали под тебя. – Он взял руку Сацуки и надел на его палец кольцо под удивленным взглядом самого Сацуки. На пальце оно сидело идеально. – Я снова делаю предложение. – Эдвард улыбнулся. Это представление заставило бы устыдиться профессионалов. Сацуки улыбнулся, принимая вызов. - Я так счастлива. - Рад, что тебе приятно, – произнес Эдвард, сжимая руку Сацуки. Все это ему говорил прекрасный блондин. Женщина на месте Сацуки пустилась бы в пляс. И, возможно, виновато было выпитое вино, но сердце Сацуки забилось быстрее. Когда ужин закончился и они встали, Сацуки понял, что вино подействовало на него сильнее, чем он предполагал. В сочетании с незнакомыми туфлями, его начало шатать, так что идти без опоры он не мог. Он снова взял Эдварда под руку, и они покинули ресторан. Яркая вспышка света ослепила Сацуки, и он услышал щелчок затвора фотоаппарата. На миг он был поражен. - Добрый вечер, лорд Аргайл, – поздоровался голос. Из темноты появилась женщина с висевшим на шее фотоаппаратом. На вид ей было за тридцать. Медные волосы были небрежно убраны назад, косметики на ней не было. Одета она была очень просто, в широкие брюки и куртку. - Добрый вечер, мисс Мостерн. Вижу, Вы как всегда преданы своей работе. – Эдвард улыбнулся. Похоже, эти двое были знакомы. – Мне бы только хотелось, чтобы Вы предупреждали перед тем, как делать снимок. - Простите. Но сегодня Вы определенно в хорошем настроении. Добрые новости услышали? – Ее лицо расплылось в нарочитой улыбке. Взгляд женщины упал на кольцо на пальце Сацуки. – О, кольцо! – Сацуки попытался спрятать левую руку, но было слишком поздно. – Семейное кольцо Аргайлов! Значит, Вы наконец-то кого-то выбрали? – Похоже, значение кольца ей было известно. - Пожалуйста, не будьте такой бестактной, – мягко пожурил Эдвард. – Я только сегодня сделал предложение. Мисс Мостерн улыбнулась. - Что ж, поздравляю! Милая барышня. Как Ваше имя, дорогуша? Поколебавшись, Сацуки дерзко ответил: - Май. - Май? Вы китаянка? Эдвард перебил женщину: - Я ужасно извиняюсь, но нам нужно быть в другом месте. Нам надо идти. Если хотите как-нибудь нормальное интервью взять, я отвечу на Ваши вопросы. - Извините, – произнесла мисс Мостерн, отступая. – Но это чудесные новости. Если позволите, я бы хотела об этом написать. Я пришлю вам копию. - Хорошо, – равнодушно ответил Эдвард, останавливая проезжавшее мимо ресторана такси. – Отель «Кларидж» в Мейфар, – сказал он водителю через окно. Это было частью пользования такси в Лондоне, прежде чем есть, следовало обговорить пункт назначения. Водитель кивнул. Эдвард помог Сацуки забраться в машину, а потом и сам сел внутрь. - Чудесного вечера. – Женщина, услышавшая название гостиницы, понимающе улыбнулась им вслед. - Кто это был? – спросил Сацуки. - Журналистка из светской хроники одного таблоида, – ответил Эдвард. «Вроде репортера из «Фокус» или «Фрайдэй» в Японии?» – чуть было не спросил шокированный Сацуки, но понял, что Эдвард не сможет ответить. Он сменил вопрос. - И часто с тобой такие вещи случаются? - Время от времени, – отозвался Эдвард, покосившись на Сацуки. Его ответ прозвучал довольно подозрительно. – Сацуки, я и правда хотел отвезти тебя на твою квартиру, – виновато произнес он, – но можешь ли ты со мной в гостинице переночевать на случай, если эта репортерша следит? Сацуки кивнул. Если репортерша проследит за ними, а Эдвард подвезет Сацуки к его дому, она сможет легко узнать, кто такой Сацуки на самом деле, и тогда все рухнет. Завтра все равно было воскресенье, так что домой он мог и не возвращаться.

* * *

Наконец, такси остановилось перед старинным роскошным отелем. Когда они прошли по мраморному полу освещенного люстрой прохода, Эдвард притянул Сацуки к себе и обнял. - А? – вскрикнул Сацуки. Не успел он осознать происходящее, как Эдвард наклонился и поцеловал его в губы. Он ощутил мягкость губ мужчины. В его слегка приоткрытый рот проник и начал пробиваться глубже язык. Это был настоящий поцелуй, первый в его жизни. Сацуки пришел в себя и оттолкнул Эдварда. - Ты что творишь? – он сердито покосился на Эдварда, вытирая рот тыльной стороной ладони. - Мы помолвлены, – пожурил его Эдвард. – Или ты забыл, что я только что сделал тебе предложение в «Кафе Роял»? Сацуки нечего было ответить. Стать невестой Эдварда – именно это он и должен был делать за триста фунтов в день. Из-за хорошей еды и вина он витал в таком приятном тумане, что совсем забыл, зачем он здесь. Для помолвленных людей целоваться вполне естественно. Ему определенно не стоило отказываться. Он повесил голову. - Прости. - Не будь таким серьезным. – Эдвард нежно поцеловал Сацуки в лоб. Затем он взял его за руку, и они двинулись к стойке регистрации. Стоило портье увидеть лицо Эдварда, как он молча выдал ключ. Сацуки стало интересно, сколько любовниц уже приводил сюда Эдвард. Слегка побледнев, он последовал за блондином. Со стороны он, наверное, казался колеблющейся перед её первой ночью девушкой. Номер, как и можно было предположить, оказался люксом. Перед ними открылось безупречно чистое, роскошно обставленное помещение. Не побывай он до этого в квартире Эдварда, Сацуки побоялся бы даже зайти в комнату. Эдвард заказал шотландский виски в номер. - Утомительный, наверное, сегодня день вышел, – заметил блондин. Он кивнул на кровать королевских размеров, и Сацуки сел, чтобы мужчина помог ему снять обувь. - Прости, что не сыграл лучше. – Сацуки приуныл. Для человека, собирающегося стать актером, поработал он плохо. - Вовсе нет. Ты отлично справился. – Эдвард сжал руку Сацуки и тепло ему улыбнулся. – Тебе еще предстоит пройти долгий путь, но сейчас не перенапрягайся. Мужчина был слишком добрым, и Сацуки выдавил неловкое оправдание: - Мне… мне плохо даются поцелуи. Даже с приветственными поцелуями нелегко. В Японии друг друга только влюбленные целуют, так что я к этому не привык. - Привыкнешь, – произнес Эдвард, глядя Сацуки прямо в глаза. - Хочешь сказать… Губы Эдварда коснулись губ Сацуки. Сацуки инстинктивно закрыл глаза. Эдвард отстранился, а затем снова коснулся губ Сацуки. - Просто расслабься, – произнес он с легким смешком. Дрожавший от стресса поцелуев Сацуки, когда один миг его касались, а другой – уже нет, подумал, что выглядит крайне глупо. В этот миг в дверь постучали, прибыла доставка в номер. Молодой парень в строгой форме вкатил тележку с шотландским виски и легкими закусками. Когда Эдвард подписал чек, он вышел с должным приличием. - Готов поспорить, этот парень посчитал меня твоей девушкой, – произнес Сацуки, пытаясь скрыть смущение. - Вероятно, – согласился Эдвард. – Возможно, стоило показать ему что-нибудь помощнее. Сацуки неопределенно улыбнулся, не представляя, как на это ответить. - В любом случае, – продолжал Эдвард, – мы притворимся парой страстных возлюбленных, коими всех нас считают, проведем здесь ночь и выселимся днем. Так что наслаждайся отелем. Большинство возлюбленных, скорее всего, не остаются на ночь в номерах люкс таких дорогих гостиниц. Сацуки и представить не мог, чтобы он бронировал номер люкс для своей будущей девушки. - Будешь? – Эдвард протянул рюмку, полную коричневой жидкости. Сацуки взял рюмку и, не прекращая размышлять, выпил ее целиком. В тот же миг его горло и нутро обожгло. Похоже, он мог опьянеть от одной порции. Эдвард прижал ладонь к щеке Сацуки. - Тебе лучше? Сацуки осознал, что он был напряжен все это время. - Ага. - Тогда вернемся к практике. – Эдвард улыбнулся, заставив сердце Сацуки стучать громче. Он был так красив, что мог заставить ускориться пульс даже у мужчин. Сацуки, решив просто сдаться и попробовать, закрыл глаза. Он ощутил легкое прикосновение к губам. Подумав, что Эдвард отстранился, он ощутил новое прикосновение. Нежные поцелуи, один за другим, начали его успокаивать. - Это любовный поцелуй, – прошептал Эдвард. После нескольких заходов он перешел к более долгому поцелую. – Это первый поцелуй двух подростков. А это… От ощущения языка Эдварда, медленно прошедшегося по его губам, у Сацуки по спине побежали мурашки. Он резко отпрянул, но Эдвард крепко схватил его плечи, не давая двигаться. Язык Эдварда проник в его удивленно приоткрытый рот и пробежался по зубам. А затем углубился дальше. Сацуки уступил ему. Возможно, виновата была выпивка, но, невероятно, он принял поцелуй, не сопротивляясь. «Не каждый день с иностранцем целуешься», - подумал он вяло. - В поцелуе влюбленных должно быть немного больше взаимодействия, – пробормотал Эдвард. Эти слова, произнесенные, когда их тела были так близко, что почти соприкасались, разожгли в Сацуки гордость актера. Он обхватил Эдварда руками за шею. - Так лучше, – промурлыкал Эдвард. Они снова слились в поцелуе настолько глубоком, что у Сацуки голова закружилась. С его губ неосознанно слетел сладкий вздох. - Все еще не освоился? – спросил через какое-то время Эдвард, отстраняясь. Сацуки покачал головой. «Поверить не могу, как быстро бьется мое сердце», - подумал он. Сацуки не знал, что сказать, и его лицо внезапно покраснело. - Пожалуй, слишком много работы для одного раза, – сказал Эдвард. – Попрактикуемся в следующий раз. Сацуки был рад это услышать. Его сердце угрожало в любой миг из груди вырваться и, похоже, в ближайшее время успокаиваться не собиралось.

* * *

Следующим утром им в номер подали английский завтрак. Свежевыжатый апельсиновый сок и хлопья, яичница, хрустящий бекон, горячие сосиски, запеченные помидоры и грибы, тост и чай. Для раннего утра многовато, но Сацуки смел все подчистую. - Ты всегда самым счастливым кажешься, когда ешь, Сацуки, – со смехом заметил Эдвар. - Я не ел ничего настолько роскошного с тех пор, как приехал в Англию, – произнес покрасневший Сацуки, пытаясь оправдать свое поведение. - Мне просто смотреть приятно. Давно я такого не испытывал, – весело произнес Эдвард, глядя прямо на Сацуки своими голубыми глазами. «Какая обычно у этого парня жизнь?» Сацуки все это казалось таким странным. У Эдварда было целое состояние, он мог не работать. Даже за вчерашний день он потратил огромную сумму денег. Обычный человек о такой свободе и мечтать не мог. А жил он в роскошной квартире, в престижном жилом районе. Он был молод, обладал титулом и прекрасным лицом, притягивающим взгляды. Все, о чем мечтают нормальные люди, для него было реальностью. Что означало счастье для человека вроде него? - А девушки у тебя нет? – внезапно спросил Сацуки. Его интересовал этот вопрос. Он был уверен, что не существует женщины, которую Эдвард не смог бы соблазнить. Более разумным казалось соблазнить интересующую его женщину, чем нанимать простофилю. - Девушка? – Похоже, неожиданный вопрос его удивил. – Разве что барышня передо мной, – насмешливо произнес он, умело уклоняясь от вопроса. - Ладно, какие у тебя на сегодня планы? – спросил Сацуки, меняя тему, когда осознал, насколько грубо было спрашивать Эдварда о его романтических отношениях. - О, да. Куда бы ты хотел пойти? – спросил блондин. - В зоопарк, – ответил после недолгого колебания Сацуки. - В зоопарк? – озадаченно переспросил Эдвард. - На самом деле, это школьное задание, – признался Сасуки. – Нам надо изображать животных. Мне нужно найти зверя, которого я возьму за образец. - Я не был в зоопарках со времен начальной школы, – сказал Эдвард. – Пожалуй, неплохо для разнообразия. Сацуки почувствовал облегчение, когда мужчина согласился. Вдвоем они отправились в Лондонский Зоопарк в Ридженс-Парке. В зоопарк бесплатно пропускали всех студентов театральной школы со студенческими. Но одетый как девушка Сацуки не хотел показывать свои документы. Вместо этого он заплатил за вход вместе с Эдвардом. Несмотря на бушующий зимний ветер, посетителей в зоопарке было не меньше, чем в другие выходные. Семьи. Юные влюбленные. Сацуки даже видел пару однокурсников, пришедших сюда по той же причине, что и он. Он нервничал, проходя мимо них, но благодаря длинному парику и косметике, никто его не узнал. Сацуки пребывал в странном расположении духа.

* * *

Сацуки чувствовал себя виноватым перед Эдвардом, поскольку они больше двух часов гуляли по зоопарку в холодную погоду, и жутко замерзли. Квартира Эдварда была рядом, так что они отправились туда греться у камина. Когда они добрались до дома, там их встретил Невилл. Похоже, он оставался в квартире в отсутствие ее хозяина. Эдвард выглядел не особо удивленным. Сацуки слышал, что англичане за месяц обо всем договариваются, если хотят друг друга навестить, но, похоже, эти двое подобными формальностями не утруждались. - Ты совершенно другой человек, Май, – сказал Невилл. – Из бедного студента по обмену превратился в прекрасную леди. Одежда и правда красит человека. Сацуки не знал, что на это ответить. - О, точно, – продолжил мужчина. – Для вас кучу свертков прислали. Ты расстарался, да, Эдвард? - Мы еще не закончили, – спокойно отозвался Эдвард. Похоже, он и правда так считал. - Я сказал горничной убрать вещи в свободную комнату, – сказал Невилл. Его друг кивнул. - Спасибо. Хорошо, что ты здесь был. - Но почему ты все сюда прислал? – спросил Невилл. – Разве не следовало отправить все это прямо к Маю? - У меня слишком маленькая комната, там бы все не поместилось, – ответил Сацуки, слегка удивленный, что Невилл так недовольно говорит о получении свертков. Хотя такое количество вещей в любом доме суматоху поднимет. - Собираешься приходить сюда каждый раз, как тебе что-нибудь потребуется? – спросил Невилл. - Да, планирую, – отозвался Сацуки. Невилл равнодушно крякнул. - Сацуки, не подумаешь еще раз над моим предложением жить здесь?- внезапно спросил Эдвард. – Живи мы вместе, рядом друг с другом чувствовали бы себя спокойнее. А если нас, как вчера, будут репортеры преследовать, их может прогнать швейцар. Так надежнее. - Они уже пронюхали? – впечатленный Невилл вздернул брови. - Да, – сухо ответил его друг. – Мисс Мостерн. - Эта женщина – гончая, – злобно выпалил Невилл. – Я был уверен, что смогу первым эту тему капнуть. - На этот счет не волнуйся, – заверил Эдвард друга. – Утечки фотографий настоящего предложения в «Кафе Роял» мы не допустили. - Спасибо за усердный труд, – ехидно произнес Невилл. - Ну же, Невилл, – сказал Эдвард. – Разве это не ты говорил, что хочешь сфотографировать вручение кольца? Сацуки растерянно слушал этот разговор. Похоже, за ними ходил фотограф. «Даже когда мы целовались?» Он почувствовал, как кровь отхлынула от его лица. - Что еще вы засняли? – спросил он неожиданно дрожавшим голосом. - Мы засняли все, – равнодушно ответил журналист. Сацуки почувствовал бурлящий внутри гнев – ему об этом ничего не сказали! - Почему меня об этом не предупредили? – воскликнул он, набрасываясь на Эдварда. Блондин словно бы не понимал гнева Сацуки. На его лице мелькнуло странное выражение. Но ответил ему Невилл: - Май, послушай, разве ты не ведешь себя естественнее, когда не знаешь о камере. Сацуки не мог ответить. Невилл был полностью прав. Он нервничал, просто гуляя вчера. Знай он, что за ними следует фотограф, все было бы еще хуже. Он повесил голову. Внезапно на лице Невилла появилось серьезное выражение. - Не волнуйся, Май. На самом деле, статью не опубликовали. Его друг нахмурил брови. - Что это значит? - Статью не пропустили, – пояснил Невилл. – Похоже, истории о лорде Аргайле под запретом. - Старик подсуетился, – фыркнул Эдвард. - Нет, не думаю, что твой дворецкий настолько хорошо знаком с миром прессы, чтобы на что-то повлиять, – возразил Невилл. – Еще догадки? - Если ты имеешь в виду противников моей женитьбы, то я могу назвать кучу родственников, – ответил блондин. – Но, значит, историю мисс Мостерн, наверное, тоже не пропустили. - Я посмотрю, смогу ли что-нибудь разузнать, – пообещал Невилл. Эдвард улыбнулся. - Спасибо. Сацуки был рад, что статьи о его «помолвке» запретили. Он даже представить не мог собственное лицо в журнале со сплетнями. Но ему стоило привыкнуть к этой мысли. Именно за это он получал столько денег. И Эдвард тратил еще больше на еду и развлечения. - Если я здесь останусь, нам не придется останавливаться в отелях, как вчера? – неуверенно спросил Сацуки. Сумма, потраченная на одну лишь одежду, уже была настолько непомерной, что ему казалось возмутительной тратой денег еще и номера люкс каждый раз снимать. - Верно, – немного мрачно отозвался Эдвард. – А тебе вчера в отеле не понравилось? Сацуки быстро опроверг возникшую догадку. - Не в этом дело! – Он просто не понимал, почему у Эдварда внезапно ухудшилось настроение. – Ну, думаю, я приму твое приглашение пожить здесь. Сразу проясню, не на постоянной основе. Отсюда и до школы моей ближе. - Я лишь хотел бы напомнить, что если станем жить вместе, будет легче забыть о необходимости убеждать людей, будто мы помолвлены, когда бываем на публике, – предупредил Эдвард. – Это может повлечь проблемы. - Я это понимаю, – ответил Сацуки. - Тогда добро пожаловать в мой дом, – объявил Эдвард. Похоже, его настроение сразу улучшилось. Невилл криво улыбнулся. - Здорово. Возможно, это поможет немного развеять твою тоску, Эдвард. Я не могу постоянно к тебе приезжать. - Все точно в порядке? – спросил Сацуки. - Конечно, – заверил его Эдвард. – Используй любую приглянувшуюся комнату. И на этом вопрос благополучно разрешился.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/[Yaoj]-Obeshhanie-romantiki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Действие 3: Много Шума из Ничего.

Пять дней после переезда Сацуки к Эдварду пролетели быстро.

Когда он просыпался, его всегда ждал приготовленный горничной завтрак. Еда была простой – хлеб, чай и сыр – но он чувствовал себя в раю, поскольку обычно завтрак пропускал. Затем он отправлялся на занятия и, просидев там ровно с девяти утра до семи вечера, возвращался в квартиру Эдварда. На ужин обычно была готовая еда из «Марк-энд-Спенсер», разогретая горничной. Сацуки с удивлением обнаружил, насколько проста каждодневная пища аристократов. Но это все равно было намного лучше, чем есть каждый вечер рыбу с картошкой в пабе. Также ему очень помогало отсутствие необходимости работать в пабе. Вместо этого он разговаривал с Эдвардом, изучая королевский английский, благородную манеру речи.

Эдвард умолял Сацуки обучить его японскому. Для Сацуки это было приятным бонусом, и он был рад подзаработать на этом. Но Эдвард совсем не старался: было очевидно, что он просто так убивает время.

- Какие у тебя планы на завтра? – спросил Сацуки у Эдварда после ужина на пятый день. Будние дни он проводил как обычно, но на выходных должен был прислушиваться к желаниям своего нанимателя.

- Прости, что так внезапно, но я бы хотел свозить тебя в Дорсет, – ответил Эдвард.

Сацуки вспомнил слова Эдварда о том, что там находится его поместье.

- Хорошо. – Он был к этому готов. Прошлая неделя была словно репетиция, но теперь начиналось представление.

* * *

На следующее утро Эдвард отвез их в Дорсет.

Стоило им миновать городские границы Лондона, как пейзаж сменился мирной сельской местностью.

Три четверти Англии – сельские угодья. Хотя она тоже считалась островной нацией, но сильно отличалась от Японии, где большая часть населения была сосредоточена в городах.

Машина ехала по сельским улочкам, вдоль которых выстроились дома. На дорогу ушло около трех часов.

- Мы приехали, – сказал Эдвард Сацуки, сидевшему на пассажирском сидении. Машина остановилась перед прекрасными железными воротами. Эдвард посигналил, после чего из маленького кирпичного домика рядом с воротами появился мужчина и открыл их.

- Это мой привратник и его хижина.

Сацуки трудно было поверить в его слова. То, что Эдвард назвал хижиной привратника, превосходило дом его семьи в Японии.

После ворот еще долго тянулась дорога, обрамленная деревьями. Признаков поместья не наблюдалось. Машина миновала еще несколько ворот, просторный луг и каменный мост. Они проехали добрых три километра, прежде чем деревья расступились, и появилось великолепное здание, действительно заслуживавшее зваться поместьем.

Сацуки охнул. Великолепие лондонской квартиры не подготовило его к этому.

Машина свернула на ведущую ко входу подъездную аллею. Когда они вышли из машины, двери открылись. Появился пожилой мужчина в безупречном черном костюме, поклонившийся Эдварду.

- С возвращением, сэр.

- Полагаю, в мое отсутствие ничего не произошло? – спросил Эдвард на манер приветствия.

- Мисс Ангелика приходила Вас навестить, сэр, – прошептал дворецкий ему на ухо.

Прекрасное лицо Эдварда помрачнело.

- Англелика?

- Три дня назад. Вас не было, так что она снова ушла. А кто эта юная леди? – старик перевел взгляд на Сацуки.

- Мисс Имамура. Моя невеста. Май, это Сидней Пиджет. Мой надежный дворецкий. Он управляет поместьем, – произнес Эдвард с проказливой улыбкой.

- Добро пожаловать, мисс. – В противоположность его теплому приветствию, лицо дворецкого оставалось лишенным всякого выражения.

- Спасибо. – Сацуки улыбнулся, несмотря на испытываемый им страх.

- Подготовь для нее лучшую комнату, – приказал Эдвард.

- Конечно, сэр, – ответил дворецкий, снова склонив голову.

- Ого, – восхищенно воскликнул Сацуки, когда они зашли в холл.

Под красиво расписанным потолком перед ними тянулся мраморный пол с шахматным узором, ведущий к покрытой красным ковром лестнице. Стены украшали многочисленные картины, по комнате были расставлены статуи. На другой стороне холла стояли несколько десятков слуг, выстроившихся поприветствовать Эдварда.

Сацуки в жизни такого прекрасного дома не видел.

- Пожалуйста, следуйте за мной, – произнес дворецкий.

Сацуки поднялся по лестнице вслед за стариком. Он заметил, что даже перила были украшены со вкусом. Казалось неправильным прикасаться к ним без перчаток.

Пройдя по коридору, одна стена которого состояла из сплошных окон, Сацуки привели к его комнате.

- Ужин в половину седьмого. Пожалуйста, до тех пор располагайтесь здесь, – с этими словами дворецкий откланялся.

Сацуки тщательно осмотрелся.

Первой ему в глаза бросилась кровать с пологом. Она выглядела словно королевская кровать из сказки. Его так же впечатлил камин выше него самого, в котором и правда горел огонь. На полу лежал большой персидский ковер, на стене висели гобелены, которые впору было в музее выставлять.

Сацуки обнаружил вторую дверь и заглянул за нее. Там была ванная комната, но настолько большая, что в ней можно было жить.

Все было невероятно великолепным и роскошным.

Часы показывали три часа дня. До ужина оставалась еще куча времени.

Похоже, Эдвард к нему заходить не собирался, так что Сацуки зарылся в кровать под пологом, просто желая узнать, на что это похоже. Он чувствовал себя королем. Он наслаждался этим мигом, понимая, что ему больше никогда в жизни не доведется испытать подобного.

Его предыдущая жизнь казалась нереальной, бесцельные блуждания и безденежье.

Он бог удачи.

Перед его мысленным взором всплыло лицо Эдварда. Он вспомнил, что своей нынешней жизнью обязан смерти Бренды, и его охватила печаль.

Он позволил себе погрузиться в воспоминания, но из-за долгой поездки быстро уснул.

* * *

- Зачем сюда приходила Ангелика? – спросил Эдвард у дворецкого, когда тот заглянул к нему.

Ангелика была его кузиной со стороны отца, на семь лет старше Эдварда. А точнее, она была дочерью младшего брата его отца, Стюарта. По английским законам дворяне передавали наследство старшему сыну. Если сыновей не было, на этом род обрывался.

Дядя Эдварда, второй сын, воспитывался как ребенок лорда Аргайла, но статус дворянина так и не получил. Эти обстоятельства сильно повлияли на мужчину. Из-за невозможности получить титул, он стал одержим управлением семейной компании Аргайлов. После смерти отца Эдварда он лишь укрепился в своем желании.

Отец Эдварда, похоже, предвидел подобное развитие событий, раз назначил кузена Эдварда со стороны матери, Гордона, получателем поместья в случае не способности наследника выполнять свои обязанности. Не женись Эдвард, и, согласно завещанию, контроль над компанией полностью перешел бы к Гордону. После этого дяде Эдварда Стюарту, управляющему компанией в качестве приказчика племянника, пришлось бы лишиться своей власти. Конечно, его дядя не собирался отмалчиваться, когда происходит подобное.

Вполне вероятно, что предполагаемая помолвка Эдварда с дочкой Саймона, вылившаяся в контракт с Сацуки, стала результатом манипуляций его дяди.

Как и ее отец, Ангелика была полна амбиций. Восемь лет назад она вышла замуж за американского олигарха, и Эдвард считал, что она все еще с ним в Америке. Он не представлял, зачем ей приезжать в Дорсет. У него появились дурные предчувствия на этот счет.

На лице дворецкого появилось странное смущенное выражение.

- Вы знали, что она развелась?

- Нет, не знал, – ответил Эдвард. – Можно сказать, это немного внезапные новости.

- Мисс Ангелика вернулась в Англию, – продолжал дворецкий. – И она считает, что Вы должны на ней жениться.

- Что?! – Для Эдварда эта информация стала громом среди ясного неба. – Раз уж мы этой темы коснулись, скажи, старик, кто устроил помолвку с дочкой Саймона?

- Господин Стюарт и я, сэр, – мрачно произнес дворецкий. – Эта свадьба была нам обоим выгодна. Господин Стюарт остался бы Вашим приказчиком и вел бы семейный бизнес. И, если позволите, зная господина Стюарта с его детства, я бы предпочел, чтобы компания у осталась него, а не перешла к господину Гордону.

- Я так и подозревал. – Эдвард вздохнул. Старый дворецкий служил семье еще со времен его деда – конечно, он позаботился о Стюарте. У Эдварда сложилось не самое лучшее представление о его дяде, но здесь дворецкий больше полагался на свои эмоции, чем в случае с Гордоном.

- Мы выбирали очень тщательно, – признался старик. – Из всех дворянок подходящего возраста, мы искали самую красивую и благонравную, лучше всего Вам подходящую.

- Прости, что доставил столько хлопот, – ехидно произнес Эдвард.

- Нет, это уже неважно, – сказал дворецкий. – Я больше не стану Вас наставлять. Вам стоит быстро жениться на девушке, что Вы привезли. Мисс Ангелика весьма серьезна. Господин Стюарт просто посмеялся на ее идеей, но мисс Ангелика настойчиво говорила ему о выгодах задумки, и, похоже, теперь он тоже сторонник этого брака.

- Так мой дядя теперь перехватывает все желтые статейки о моей помолвке, – пробормотал Эдвард.

- Я лишь хочу, чтобы Вы женились, господин Эдвард, – признался дворецкий. – Но я бы предпочел кого-то… кроме мисс Ангелики.

Он явно до сих пор помнил, как вела себя Ангелика в детстве, разбалованная и закатывавшая истерики каждый раз, когда ее желания не исполнялись.

Эдвард улыбнулся старому слуге.

- Успокойся, старик. Я ни за что не женюсь на Ангелике.

Все, что он помнил об Ангелике – блестящие светлые волосы и бойкие зеленые глаза. Она вела себя, как ей вздумается, так что временами он считал её грубой, но иногда завидовал.

- Еще один вопрос, господин Эдвард… – Дворецкий колебался.

- Что такое, старик? – спросил Эдвард.

- Не могли бы Вы повторить имя девушки, которую сегодня привезли? – наконец, произнес дворецкий.

- Имамура. И-ма-му-ра, – четко проговорил он.

Хороший слуга запоминал имена и лица всех хозяйских гостей, но имя Сацуки он запомнить не смог, и этот факт его весьма расстроил. Оно звучало слишком странно, чтобы зацепиться в его памяти.

- Имамура… Имамура… – бормотал он себе под нос фамилию Сацуки, словно молитву.

Когда дворецкий вышел из комнаты, Эдвард вздохнул.

Ему было искренне плевать на титул и состояние. Его отец всегда был занят на работе и редко бывал дома. А его мать отвлекалась от отсутствия отца, занимаясь одной лишь благотворительностью. Какими бы ни были успехи Эдварда в школе, родители на него даже не смотрели. Юный Эдвард довольно терпеливо отнесся к ситуации. Он всегда запирал свои желания.

Возможно, то, что оба его родителя, которых он почти не видел, погибли в аварии, было ироничным поворотом судьбы. Желание любви со стороны своей родни казалось скромным. В нормальной семье такие вещи были само собой разумеющимися. Родители игнорировали его из-за своих денег и статуса, так что ничего из этого ему не было нужно

Тем более, что эти вещи приносили ему одни проблемы. Не сосчитать было людей, которые пришли к нему, привлеченные деньгами или титулом. И мужчин, и женщин интересовало то, что воплощал в себе Эдвард. Он устал от таких отношений. Он оцепенел. Его уже ничего не волновало.

Против разговоров о женитьбе он восстал чисто по прихоти. В действительности, его не волновало, женится он или нет. Он чувствовал себя немного виноватым из-за того, что поставил Сацуки в такое неприятное положение, но присутствие Сацуки помогало ему забыть о подавляемых им чувствах.

Упертая решительность Сацуки, с которой тот приехал в далекую страну, следуя за своей мечтой, тронуло что-то внутри Эдварда. Он лишился всех целей в жизни. Он хотел держать Сацуки как можно ближе к себе. Можно сказать, он стал жертвой своего же плана.

Он не знал, откуда взялись подобные чувства.

* * *

Эдвард отправился в комнату, где остановился Сацуки. Он постучал в дверь, но ответа не последовало.

- Сацуки? – прошептал он.

Эдвард зашел в комнату и огляделся. Наконец, он заметил бугорок под одеялами на кровати. Он осторожно заглянул под одеяло.

Сацуки спал, его лицо было совершенно спокойным. Должно быть, его утомила долгая поездка. Его длинные ресницы отбрасывали тени на лицо. Блестящие черные волосы упали на щеку, и Эдвард осторожно их стряхнул. Белая кожа восточных азиатов всегда казалась гладкой, словно у фарфоровой куклы.

Эдвард погладил щеку Сацуки пальцем. Он почувствовал не холод фарфора, но человеческое тепло. Он разбудил Сацуки нежным поцелуем в губы.

* * *

Ноздрей Сацуки достиг свежий аромат.

«Пахнет, как одеколон Эдварда», - сонно подумал он.

Что-то теплое коснулось его губ. Открыв глаза, он увидел улыбающееся лицо Эдварда.

- Тебе пора вставать, – сказал Эдвард. – Время ужина.

- Прости. – Сацуки быстро поднялся.

Блондин надел белый галстук. Одет он был так, словно на прием собрался, хотя это был просто домашний ужин. Сацуки растерялся.

- Мне переодеться? – спросил он.

- Пожалуй, – последовал ответ. – Все очень формально, так что, может, платье для званого обеда?

Пока Сацуки спал, кто-то принес их сумки, сложенные в машину перед отъездом из Лондона. Он достал платье до пола цвета сливок из шелка-сырца. Оно было немного открытым на груди, но если сверху надеть расшитый бисером пиджак, проблема решалась. Сацуки уложил волосы, убрал с лица следы сна, нанес помаду, и на этом его приготовления были закончены.

- Не странно выглядит? – спросил он Эдварда.

Сацуки немного тревожило, что тот следил за всеми приготовлениями молча.

- Все хорошо. Мило выглядишь. – Эдвард кивнул с довольным видом. – Итак, моя леди, Вы позволите Вашу руку?

Сацуки осторожно обхватил предложенную ему руку.

Солнце уже село, и окна заполнили глубокие черные тени. Пройдя по сумеречному коридору, они спустились вниз. Сацуки отвели в просторную столовую и усадили за обеденный стол, за которым легко бы поместились и восемь человек. На столе стоял канделябр с зажженными свечами, было педантично разложено столовое серебро.

Отведя Сацуки к его месту, Эдвард занял собственное.

За столом они сидели только вдвоем. Тем не менее, у стены позади них выстроился ряд официантов с дворецким во главе.

Трапеза, как воистину утонченный ужин, началась с закусок и супа, но Сацуки так нервничал, что едва различал вкус еды. Беседовать с хозяином тоже было нелегко. Он настолько не мог отвлечься от слушающих у них за спиной людей, что лишь кивал в ответ, стараясь избежать оговорок.

- Май, ты нервничаешь? – спросил Эдвард, видя смущение Сацуки. Он хихикнул, когда тот кивнул. – Хоть ты и актриса?

Сацуки куда более странным казалось спокойствие Эдварда под взглядами стольких людей. Но, наверное, из-за того, что ему с детства прислуживали, он стал невосприимчив к чужим взглядам.

Сацуки попытался обратиться к Эдварду с такой же иронией:

- Ты играешь лучше меня.

- Никогда так не считал. – Эдвард радостно засмеялся, словно его что-то сильно развеселило.

* * *

- Планировка немного сложная, так что я покажу тебе дом, – сказал Эдвард после ужина Сацуки, словно пытаясь как-то задобрить гостя.

Сацуки не мог дуться вечно и потому неохотно согласился.

Его отвели в комнату рядом со столовой. Посреди нее стоял биллиардный стол.

- Как видишь, – сказал Эдвард, – это бильярдная, где собираются джентльмены, когда их жены отправляются спать.

У Сацуки никогда не было знакомых с собственной бильярдной комнатой, но подобные вещи его уже не удивляли. Кто знает, что еще найдется у лорда Аргайла?

Выйдя из бильярдной, они зашли в другую просторную комнату.

- Эта комната зовется баром, – пустился в объяснения Эдвард. – Когда моя мама была жива, мы устраивали здесь приемы от четырех до шести часов подряд, но теперь здесь пусто.

Сацуки заметил, что Эдвард впервые упомянул родителей.

- Твоя мать умерла? – спросил он.

- Они с моим отцом оба погибли в аварии, когда мне было 20, – ответил Эдвард. – Хотя, умри они раньше, не было бы особой разницы. Мой отец был вечно занят на работе, так что я никогда его не видел, а мама… ну, мою мать только она сама и заботила.

Сацуки пришел в ужас. Он понимал, какого это, когда тебя не любят собственные родители. Его отец всегда приходил поздно, и каждый раз, когда его старший брат попадал в больницу, он всегда оказывался дома один. Он не мог забыть чувства одиночества, которое испытал, проведя так много времени в лишенном человеческого тепла доме.

Эдвард чувствовал то же, что и Сацуки? Впервые ему показалось, что он стал ближе к блондину.

- Ну, одно могу сказать наверняка – приятных воспоминаний об этом месте у меня нет. А дальше я тебе кабинет покажу. – Эдвард горько улыбнулся и покинул бар.

В следующей комнате, куда они пришли, возвышались до потолка книжные полки, забитые старинными томами. Здесь был, скорее, не кабинет, а антикварная библиотека. Сацуки охватило такое чувство, будто он забрел в боковую комнату крупного музея.

- Я покажу тебе кое-что интересное, Сацуки. – Достав книгу, Эдвард протянул ее Сацуки. – Это оригинальное издание «Гамлета».

У Сацуки голова закружилась. Любой коллекционер был бы рад просто увидеть ее, но здесь книга хранилась беспечно. Должно быть, в этой комнате зарыто еще множество сокровищ.

Он боязливо перевернул страницы. У него не было шанса что-либо понять, поскольку написана книга была на архаичном английском.

Эдвард подмигнул ему.

- Даже англичане его не понимают, так что не слишком расстраивайся.

Покинув кабинет, они заглянули в еще одну столовую, отличную от той, где они ели. Эта была еще просторнее, а стол мог вместить двенадцать человек.

- Дальше идет комната, которую я использую, – указал Эдвард. – А под ней кухня и комнаты слуг. Туда мне заходить не позволено.

- Не позволено? – переспросил Сацуки.

- Им это не нравится. Я только в детстве мог спускаться и подглядывать. – Эдвард улыбнулся с горечью. – И все же, дом достаточно большой, старый и скучный, а?

- Нет! Я рад, что смог его осмотреть, – честно ответил Сацуки.

Эдвард радостно улыбнулся.

- Рад, что ты так считаешь.

Их экскурсия заняла на удивление много времени.

Великолепие поместья давило на Сацуки. Момент близости, который он ощутил в баре, не последовал за ними в другие части дома. Эдвард был аристократом с ног до головы. Он был частью мира, совершенно отличного от того, в котором жил Сацуки.

Сацуки казалось, что он наконец-то осознал это в полной мере.

* * *

На следующее утро будить Сацуки пришла пожилая женщина.

- Вы проснулись, мисс?

- Доброе утро, – ответил он как можно вежливее.

- Я главная горничная, МакГаерс, – представилась женщина, широко улыбаясь. – Господин Эдвард так жесток. Всем в доме так хочется встретиться с Вами, юная леди, но он никому ни слова не сказал.

Она раздвинула шторы, впуская в комнату свет.

- Меня зовут Май Имамура.

- Мисс И… – Женщина не разобрала имени и, похоже, совершенно растерялась.

- Все зовут меня Май, – Сацуки назвал свое второе имя, не желая затруднять такую добрую женщину.

- Значит, я могу Вас звать мисс Май? – спросила горничная.

- Конечно, – ответил Сацуки.

Похоже, она почувствовала облегчение.

- Мисс Май, завтрак накрыт в лоджии.

- А где лоджия? – спросил Сацуки.

- Самая южная комната на первом этаже, – пояснила пожилая дама. – Когда будете готовы, просто позвоните в колокольчик, и я приду Вас проводить.

- Спасибо, миссис МакГерс, – ответил Сацуки.

- Помочь Вам одеться? – вежливо спросила горничная. – Господин Эдвард сказал, это не обязательно, если все это Вас слишком утомляет.

- Нет, спасибо, – поспешил отказаться Сацуки. – Я не привыкла к подобной помощи.

- Хорошо, – сказала женщина. – Если Вам что-нибудь понадобится, обращайтесь ко мне, не колеблясь.

Вежливо поклонившись, горничная вышла.

Сацуки переоделся в коричневое вязаное платье до колена. Он умылся в очень старинном на вид умывальнике и, когда был полностью готов, позвонил в колокольчик.

Вместо горничной появился дворецкий. Его лицо, как всегда, было лишено выражения, полностью скрывая его мысли.

- Доброе утро, – произнес Сацуки.

Дворецкий добросовестно ответил на приветствие. Он вовсе не казался плохим человеком. По первому впечатлению Сацуки к дворецкому было трудно подступиться, но это лишь доказывало, что он был англичанином.

- Я отведу Вас к лоджии, – сказал мужчина. – Господин Эдвард с нетерпением ждет Вас.

Сацуки поспешил покинуть спальню и последовал за дворецким.

Лоджия была светлой комнатой, покрытой с пола до потолка окнами, позволявшими яркому солнечному свету литься снаружи. Она была меньше и без обогревателя, но внутри царило приятное тепло, как в оранжерее.

На маленьком столике на четверых был расставлен их завтрак.

Уже сидевший за ним Эдвард улыбнулся Сацуки.

- Ты вчера хорошо спала?

- Да. – В качестве приветствия Сацуки слегка поцеловал Эдварда в щеку, а затем занял свое место. Сам он считал это смелым жестом, но вышло куда естественнее, чем он думал – практика пошла на пользу. Его порадовало удивленное выражение Эдварда.

Сев, он увидел сад за большими окнами лоджии. Все, открывшееся его взору, принадлежало Эдварду, лорду Аргайлу.

- Тебе стоит на сад весной посмотреть, – заметил Эдвард. – Это единственное, чем я могу хвастаться.

Сацуки кивнул.

Февраль почти закончился, но никаких признаков весны не было.

На следующее утро они поспешили назад в Лондон, чтобы Сацуки не пропускал занятий.

Дворецкий зашел в комнату Сацуки за сумками.

- Мисс Имамура, пожалуйста, позаботьтесь хорошенько о господине Эдварде, – произнес он, почтительно кланяясь.

- Что? – Искреннее лицо дворецкого застало Сацуки врасплох.

На лице старика промелькнула грусть.

- Я давно не видел господина Эдварда в таком хорошем настроении.

- Я не заметила, чтобы его поведение особо изменилось, – произнес Сацуки.

- Просто все дело в Вас, мисс Имамура, – ответил дворецкий.

- На счет этого не уверена, – пробормотал Сацуки себе под нос.

Ему подумалось, что хорошее настроением Эдварда вызвано весельем, с которым он заставлял Сацуки переодеваться в женщину.

- Вы знали, что в следующем месяце в Лондоне пройдет семейная встреча? – спросил дворецкий, поколебавшись немного.

Сацуки покачал головой.

- Нет, не знала.

- Думаю, некоторые члены семьи на приеме посчитают своей обязанностью невзлюбить Вас, – честно признался дворецкий. – Но не давайте этому Вас расстроить.

- О? – Сацуки не особо понимал, о чем он говорит.

- За они или против, мы все равно рады Вам, – продолжал старик. – В детстве господин Эдвард был очень способным ребенком, и родители возлагали на него большие надежды. Но с возрастом его ум стал проклятьем. Он начал восставать против отца. Как раз в то время погибли его родители, и с тех пор его жизнь все больше выходит из-под контроля. Те из нас, кто служат господину Эдварду, молятся за его счастье. Все очень рады, что он решил остепениться.

- Вот оно как… – пробормотал Сацуки.

После нормального разговора он понял, что дворецкий и правда был хорошим человеком. Сацуки было трудно вот так вот обманывать хороших людей.

* * *

- Я думал, они меня с первого взгляда возненавидят. Я слегка разочарован, – заговорил с Эдвардом Сацуки по дороге назад в Лондон.

- Знаю. – Ответ Эдварда казался несколько натянутым.

- Слышал, в следующем месяце будет прием, – небрежно произнес Сацуки.

- Ага, – последовал ответ. – Там еще будет кронпринц кое-какой страны. Он тайно приехал в Англию.

- Кронпринц? – удивленно воскликнул Сацуки. Он привык, что императорская семья Японии живет «за облаками», над миром обычных людей. Он знал, что никогда в жизни к ним даже не приблизится. Королевские семьи других стран казались ему еще более далекими. Но, судя по равнодушию Эдварда, для аристократа вроде него в этом не было ничего особенного.

- Ты пойдешь? – спросил Сацуки.

Меня это не касается.

Как простолюдин, он даже не представлял, что может пойти на такой изящный прием, где будет присутствовать кронпринц. Он понятия не имел, как там себя вести.

- Конечно, и ты идешь со мной. – Голос Эдварда был лишен жалости.

Сацуки побледнел.

- Но разве для посещения таких мероприятий не нужно обладать идеальными манерами?

- Когда вернемся, начнешь интенсивное обучение. – Эдвард улыбнулся, развеселившись.

- Обучение чему? – воскликнул Сацуки.

- Как не опозориться на приеме и стать леди, в которой никто не сможет найти недостатка, – произнес Эдвард, словно это само собой разумелось.

Сацуки почувствовал дурноту.

* * *

Занятия проходили, скорее, в стиле фильма «Потанцуем?», чем «Моя Прекрасная Леди». Когда Сацуки возвращался домой после учебы, его ждали уроки вальса. Он танцевал, слушая музыку и указания Эдварда.

- Для новичка ты весьма хорош, – произнес впечатленный Эдвард.

- Нас этому в школе учили, – покраснел Сацуки. Для того, кто уже брал уроки, танцевал он плохо.

В классе девушек было меньше, чем парней, и когда они делились на пары, всегда оставались свободные парни. Девушки на занятиях по танцам были безжалостны – они не любили стоять в паре с не умеющими танцевать парнями. Стоило получить ярлык плохого танцора, и ты оставался без партнерши. А Сацуки был ужасным танцором. Так что он всегда оставался без пары, и тренировки ему ничего не давали, в то время как пропасть между ним и остальными продолжала расти.

Сацуки рассказал об этом Эдварду.

- Стоило раньше сказать, – мягко упрекнул его Эдвард. – Я столько времени потратил, обучая тебя танцам.

- Знаю, не подумал, – отозвался Сацуки.

- У нас еще есть время. – Добродушно улыбнулся Эдвард.

Лицо Эдварда на долгий миг зачаровало Сацуки. Оно было совершенно, по-настоящему безупречно, и блондин улыбался только для него. Он до сих пор к этому не привык. Когда Эдвард смотрел на него, сердце Сацуки начинало тяжело стучать, и ему становилось трудно дышать.

- Что-то не так? – с любопытством спросил Эдвард, когда он внезапно замолк.

- Я просто рад, что встретил тебя, Эдвард, – честно признался Сацуки.

- Значит, нас таких двое. – Эдвард снова улыбнулся и мягко поцеловал его в губы.

«Мы все еще тренируемся, так что ничего страшного».

Сацуки безропотно принял поцелуй.

* * *

В начале марта наступил день приема.

Эдвард тревожно ходил по комнате, ожидая, когда будет готов Сацуки.

- Может, успокоишься, Эдвард? – резко произнес Невилл.

- Успокоюсь? Хочешь сказать, я не спокоен? – огрызнулся его друг, скривившись. Он казался расстроенным.

Невилл пожал плечами.

- Тогда я тебя одного оставлю.

Блондин мрачно плюхнулся на стул.

Невилл никогда не видел, чтобы его друг так раздражался из-за любой мелочи. Даже когда террористы взорвали три года назад метро, он остался невозмутимым. А теперь, судя по тому, как он весь извелся из-за вечеринки… наверное, он невероятно волновался за Сацуки.

В последнее время Эдвард изменился. Прежде всего, он стал меньше пить. До недавних пор он каждый день топил свою скуку в алкоголе. А теперь, хотя раньше его совершенно ничего не заботило, он переживал о Сацуки, как о себе.

«Возможно, это к лучшему».

И все же, Невилл не был полностью искренен в таких мыслях, поскольку перемена эта произошла не из-за него, а благодаря внезапному появлению парня-азиата.

- Май точно долго собирается. Интересно, все ли у него в порядке, – произнес он, озвучивая тревоги Эдварда.

Он чувствовал, что полностью понимает образ мышления Эдварда. Для этого они провели вместе достаточно времени. Но изменить своего друга он все равно не мог.

- На этот раз промахи недопустимы, – отозвался Эдвард, наконец-то улыбнувшись.

На приеме будет присутствовать и член иностранной королевской семьи. Если Сацуки раскроют, скандал не ограничится пределами Англии.

* * *

Наконец, дверь открылась, и появился закончивший свои приготовления Сацуки.

Невилл против воли раскрыл рот.

Сацуки был одет в формальное белое платье в китайском стиле, с высоким разрезом на бедре и без нижней юбки. Шелк украшала золотая вышивка. Эдвард заказал его у ведущего модельера, убрав все ограничения по цене. Платье хорошо сидело на стройной фигуре Сацуки, и поверить в то, что, он, на самом деле, парень, было невозможно. Его черные волосы были забраны наверх, кокетливо приоткрывая основание шеи. Вероятно, эффект усиливал макияж. Но перед ними, без сомнения, стояла прекрасная женщина, окутанная загадочной атмосферой Азии.

Невилл прошептал:

- Май, ты словно совершенно другой человек.

Сацуки широко улыбнулся.

- Добрый вечер, мистер Оукли.

- О, нет. – Невилл отмахнулся от такого обращения. – Давай без этих формальностей.

Эдвард взял руку Сацуки в длинной кружевной перчатке и запечатлел поцелуй на ее тыльной стороне.

- Сацуки, ты по-настоящему прекрасен, – страстно произнес Эдвард без следа прежнего нетерпения. Страсть в его голосе намекала на то, что, не будь здесь Невилла, он бы сгреб Сацуки в объятия и поцеловал.

- Спасибо. – Сацуки опустил глаза и его щеки зарумянились.

«Так Май тоже заинтересован, э?»

Невилл тихо вздохнул, чувствуя себя брошенным. Все-таки ему было неуютно. До сих пор это он всегда был рядом с Эдвардом, как бы холодно на них не смотрели остальные, видя двух друзей вместе. Эдвард сам хотел, чтобы он был там. Но теперь Невилл явно оказался лишним.

В этот момент в дверь позвонили.

- Я открою. Наверное, твой водитель. – Невилл, не в силах даже секунду оставаться в комнате, ушел к двери.

Но неожиданный гость лишил его дара речи. Вместо водителя в дверях стояла блондинка, чем-то похожая на Эдварда – его кузина Ангелика.

Он поленился проверить, кто звонит в дверь, прежде чем открыть. Окажись там террорист, Невилл оказался бы убит, не успев понять, что происходит.

- Эдвард здесь? – Женщина обольстительно улыбнулась. – И не встречались ли мы раньше?

- Да, на похоронах покойного лорда Аргайла, – ответил он.

- Теперь помню. Вы – школьный друг Эдварда, – сказала женщина.

- Мне льстит, что Вы меня помните. – Уголок рта Невилла дернулся.

Помимо блестящих светлых волос природа одарила ее изящным личиком, соблазнительными красными губами и зелеными глазами. Женщина перед ним была непревзойденной красавицей. Однако судить о ней только по ее внешности было опасно.

- Будьте умницей и позовите для меня Эдварда, хорошо? – распорядилась Ангелика.

- Простите, но я не уверен, что он хочет Вас видеть, – ответил Невилл.

- Ну! – Ангелика бросила на Невилла злобный взгляд. Оттолкнув его в сторону, она направилась в гостиную, зовя своего кузена: – Эдвард!

- Ангелика? – Эдвард, только что вышедший в холл с Сацуки, казался ошарашенным внезапным появлением кузины.

- Не стой с раскрытым ртом как идиот! – рявкнула Ангелика.

- Я просто понятия не имел, что ты нагрянешь, кузина, – произнес Эдвард.

- Ну, я довольно долго ждала от тебя приглашения, – отозвалась женщина.

Эдвард вздернул бровь.

- О?

- Но, наконец, я устала ждать и пришла сама. А теперь пошли, – скомандовала Ангелика.

- Куда пошли? – спросил Эдвард.

Настойчивость кузины его, что вполне естественно, озадачила.

- На сегодняшний прием, конечно, – рявкнула Ангелика.

- К сожалению, у меня уже назначено свидание, – сказал Эдвард.

Ангелика поспешила его перебить:

- Это не мои проблемы. – Похоже, она считала, что мир вращается вокруг нее.

- Боюсь, я не смогу сопровождать тебя на прием, – произнес Эдвард.

- Так ты решил ранить мою гордость? – завопила Ангелика.

- Ранить гордость?.. – Эдвард запнулся.

Невилл тоже считал, что Ангелика не обладает необходимой для подобных чувств тонкой душевной организацией.

- В любом случае, пора идти, Эдвард, – подтолкнул он своего друга. Спорить здесь было пустой тратой времени.

- Мой отец тоже ждет. Пойдем. – Сжав руку Эдварда, Ангелика потянула его за собой.

- Ангелика! – запротестовал Эдвард.

Женщина остановилась.

- Что? Эдвард, ходят слухи, что сегодня на приеме появится сама королева. Хочет запятнать перед ней лицо семьи?

Тело Сацуки напряглось, он вцепился в руку Эдварда, словно моля его о защите. Невилл видел, как лицо Сацуки постепенно бледнеет. Ангелика его определенно пугала.

Эдвард заглянул в лицо Сацуки, тревожно прищурившись. Сацуки поднял на него сияющий волнением взгляд.

Нежно улыбнувшись, Эдвард слегка сжал руку Сацуки, успокаивая его.

- Возможно, на этот раз мы проявили излишний оптимизм, – сказал он. – Но будет еще много других возможностей. – Эдвард повернулся к другу. – Невилл, позаботься о Май.

Доверив Сацуки заботе Невилла, Эдвард согласился сопровождать Ангелику.

* * *

Сацуки просто смотрел на происходящее.

Все старания, с которыми он готовился к сегодняшнему дню, прошли впустую.

- Что это была за женщина? – спросил Сацуки у Невилла, когда Эдвард ушел. Он не смог сдержать требовательного тона.

- Леди Ангелика. Кузина Эдварда и кандидатка на роль его невесты, – последовал ответ.

- Его кузина? – повторил Сацуки.

Его осенило. Помимо золотистых волос и прекрасных лиц, эти двое разделяли некую общую ауру.

- Он сказал, что не хочет на ней жениться. Кем она себя возомнила? – После паузы он добавил: – Но она красива, правда?

Даже рядом с Эдвардом она оставалась бесподобной. Из них и правда вышла бы отличная пара.

- За кулисами много чего происходит, – сказал Невилл. – Женщина, которую ты только что видел, отделалась от своего первого мужа. Ну, объяснения какое-то время займут, так, может, тоже поедем на прием?

- Без Эдварда? – Голос Сацуки прозвучал на удивление мрачно. Эдвард оставался Эдвардом. Он сбежал со своей кузиной, стоило той его позвать. Отчасти Сацуки сам был виноват, что застыл, услышав о присутствии на приеме королевы, но ему лишь нужна была поддержка Эдварда. А вместо этого его просто бросили…

«Если бы он просто сказал «Ты справишься»…»

Сацуки почувствовал раздражение, вспомнив, как прижимались друг к другу Эдвард с Ангеликой. Он искреннее считал, что это ему место рядом с Эдвардом.

«Но я ему не нужен».

Почему-то эта мысль отозвалась болью в сердце Сацуки.

- Мы встретим его там, – сказал Невилл. – К тому же, ты слышал, королева может появиться. Нельзя упускать шанс побывать на таком приеме! – Он ухмыльнулся, пытаясь подбодрить Сацуки.

* * *

Когда они приехали на прием, Сацуки охватило стойкое ощущение, что он оказался среди декораций к фильму. Под сияющей люстрой тек поток хорошо одетых леди и джентльменов.

Он сразу заметил Эдварда. Какой бы огромной ни была толпа, Эдвард всегда выделялся. Но его окружало несколько рядов людей, так что едва ли Сацуки смог бы к нему подобраться. К тому же, этот Эдвард, учтиво улыбавшийся и общавшийся с таким количеством людей, казался совершенно другим человеком по сравнению с Эдвардом, которого знал Сацуки.

Сацуки снова заставили осознать, насколько неизмеримо огромная между ними дистанция.

В любом случае, по окончанию этого фарса, они с Эдвардом станут друг другу совершенно чужими людьми. Возможно, он больше никогда его не увидит.

- О, Вы двое тоже пришли? – Не успели Сацуки и Невилл подойти к Эдварду, как к ним самим подошла Ангелика. Она держала в руке бокал вина и очаровательно улыбалась.

В квартире Эдварда Сацуки не обратил внимания на наряд женщины, поскольку его закрывал пиджак, но теперь он увидел, что одета она в красное платье с глубокими вырезами, открывавшими декольте и часть спины. Платье было смелым, и он не мог решить, как на нее смотреть.

- Не знаю, кто ты или почему вертишься рядом с Эдвардом, но я начинаю от тебя уставать. – Ангелика демонстративно смерила Сацуки взглядом. Злой взгляд иностранки обладал большой мощью, особенно в исполнении красивой женщины.

- На счет этого тебе придется поговорить с Эдвардом. Меня это не касается, – дерзко ответил Сацуки.

- Какая наглость! Позволь прояснить, Эдвард слишком хорош для тебя, – прошипела Ангелика.

- А не для такой ли, как ты? – парировал Сацуки. – Слышала, ты изрядно его старше.

Ангелика вздернула брови.

- Что значит «изрядно»?

Невилл слушал их разговор с величайшим изумлением.

- Разница не такая большая, чтобы что-то значить, – надменно бросила Ангелика. – Ты же, наоборот, кажешься весьма юной. Интересно, знаешь ли ты, что значит быть женой лорда Аргайла.

- Нет, – неожиданно ответил Сацуки.

- Тебе не место в семье Аргайл, – выпалила Ангелика.

- Меня не особо тянет быть женой аристократа, – спокойно произнес Сацуки.

- Все поначалу любовь изображают, – поддразнила Ангелика. – Но довольно быстро меняют пластинку. Тебе не стоит себя так высокомерно вести.

- Так же, как это делаешь ты? – парировал Сацуки.

Быстрым движением Ангелика выплеснула содержимое своего бокала ему на платье. Она опустошила его в один миг.

- Не думаешь, что тебе стоит домой уйти, пока ты еще больше не опозорилась? – Ангелика отошла, громко смеясь.

- Женщины пугают, – пробормотал Невилл.

Сацуки рассеянно кивнул.

- Ей настолько нравится Эдвард, чтобы обливать меня вином перед столькими людьми? – спросил он.

- Какой ты наивный, Май, – отозвался Невилл. – Она не потому так поступила. Ее и состояние Аргайлов интересует.

- И это единственная причина? – не отставал Сацуки.

- Ага. Но в зал для танцев тебе в таком виде нельзя, – сказал Невилл, тревожно оглядев платье Сацуки. На его белом платье осталось большое красное пятно от вина. – Я схожу за Эдвардом. Май, ты здесь оставайся.

У Сацуки не было выбора. Невилл указал ему на тень одной из колонн, где стояло несколько стульев; там бы его никто не увидел. Это было хорошее место для ожидания. Он занял одно из свободных мест и стал наблюдать за проходившими мимо людьми.

Он видел парочки, которые, на первый взгляд, хорошо ладили, но отворачивались друг от друга, когда думали, что на них никто не смотрит. Девочек, непривыкших к приемам и переполненных тревогами. Компании молодых женщин, оценивающих присутствующих мужчин. Молодых мужчин, добивавшихся внимания красавиц и борющихся за него.

Укрывшись в углу, Сацуки видел в зале столько примеров различного людского поведения. Для его актерского мастерства наблюдение за этими людьми было так же полезно, как поездка в зоопарк. Эта мысль немного развеселила его.

Внезапно он заметил одного молодого мужчину. Мужчине было едва за тридцать, его отличала белобрысая шевелюра. Он сидел у стены, лениво наблюдая за кольцом танцующих в центре зала. Никто не подходил к нему с разговорами. Наверное, он сюда один пришел. Сацуки почувствовал с ним определенное родство, поскольку у мужчины, похоже, не было желания активно участвовать в веселье.

Эдвард же, как всегда, был занят разговорами с окружавшими его людьми. Он до сих пор не заметил Сацуки.

И Сацуки не мог найти Невиила в людском море. Он внезапно приуныл от мысли, что и Эдвард, и Невилл совершенно о нем забыли.

Затем появился он.

Над головой Сацуки послышался мягкий голос:

- Вы здесь одна, мисс?

Подняв голову, он увидел того самого белобрысого мужчину, что сидел на другом конце комнаты.

- Мой сопровождающий где-то здесь, – неуверенно ответил Сацуки.

- Значит, Ваш сопровождающий очень жесток, раз оставил такую женщину тут сидеть. – В речи мужчины слышался акцент. Видимо, английский не был его родным языком.

- Нет, мое платье испачкалось, так что я не могу выйти к остальным. – Сацуки указал на пятно на платье.

- Какая жалость. В таком случае, не хотите выйти со мной на балкон? – предложил мужчина. – Там мы сможем потанцевать, не тревожась о Вашем наряде.

Похоже, никаких скрытых мотивов у него не было. Скорее, от него веяло утонченностью. Наверное, просто пожалел сидевшего в одиночестве Сацуки.

Сацуки хотелось опробовать вальс, которому он так старательно обучался.

- Конечно, – согласился он.

Мужчина набросил на плечи Сацуки свой белый пиджак, чтобы скрыть пятно на платье, и вместе они отправились на балкон.

- Вам не холодно? – заботливо спросил мужчина.

- Я в порядке, – ответил Сацуки. – Но как Вы без своего пиджака?

- В помещении было довольно жарко, так что теперь мне как раз хорошо, – ответил его спутник.

В небе висела луна, но из-за густой облачной дымки видно ее было плохо.

«Интересно, есть ли в английском для этого отдельное слово, как в японском», - лениво подумал Сацуки.

Музыка из зала лилась на балкон.

- Не желаете потанцевать? – спросил мужчина.

Сацуки кивнул.

Взявшись за руки, они начали двигаться в такт музыке. На занятиях Сацуки танцевать не нравилось, но здесь это и правда было весело. И все благодаря Эдварду.

- Вы живете в этой стране? – спросил мужчина.

- Нет, я приехала учиться из Японии, – скромно ответил Сацуки.

- Я был в Японии несколько раз. – Он улыбнулся. Это делало его редким образчиком среди остальных иностранцев, едва знавших, где Японию на карте искать. – Что Вы изучаете?

- Театр, – сообщил Сацуки. – А Вы?

- Я? – Мужчина неловко рассмеялся. – Я приехал в Англию достопримечательности смотреть. Мисс, как Вас зовут?

- Май, – ответил Сацуки.

- Май-сан, – сбивчиво произнес мужчина.

- Вы знаете японский? – удивленно спросил Сацуки.

- Только простые приветствия, – признался его спутник. – «Коннитива», «конбанва», «аригато гозаимас».

Услышав впервые за долгое время японские слова, Сацуки ощутил мощный прилив ностальгии.

Действительно, он упрямо предпочел исключить все японское из своей жизни, чтобы лучше выучить английский. Он вспомнил все невзгоды, через которые прошел после приезда в Англию, и от всех этих оплошностей у него на глазах выступили слезы.

- Что такое, Май-сан? – мужчина перестал танцевать и заглянул ему в лицо.

- Простите, – смущенно произнес Сацуки. – Просто подумала о Японии.

- Май! – закричал внезапно появившийся Эдвард. Похоже, он был зол. – Я тебя искал. Где ты была?

- Эдвард… – Сацуки торопливо вытер слезы.

Эдвард заметил мужчину рядом с Сацуки и замер с удивленным выражением на лице.

- Принц Александр!

- Принц? – Сацуки уставился на мужчину, пораженный.

Он знал, что на прием приглашен кронпринц какой-то страны. И, конечно, он находил мужчину утонченным и необычайно загадочным, но ему и в голову не приходило, что его партнером по танцам был принц.

Теперь он вспомнил, что правила этикета запрещали представителям более низких классов обращаться к вышестоящим. Мужчина оказался в зале в одиночестве не потому, что люди его игнорировали – из-за его высокого статуса они просто не могли с ним разговаривать.

Эдвард повернулся к кронпринцу.

- Моя невеста Вас ничем не обидела?

- Так Вы невеста лорда Аргайла, Май-сан? – спросил принц у Сацуки, игнорируя Эдварда.

- Д-да. – Сацуки сконфуженно кивнул. Ему было жаль вводить в заблуждение такого хорошего человека, как кронпринц.

- Какая досада. Если вдруг передумаете, позвоните мне. – Принц подмигнул, намекая, что пошутил.

- В самом деле, Ваше Высочество, Вам стоит быть сдержаннее. – Эдвард засмеялся, но в его лице осталась некоторая напряженность.

Принц любезно улыбнулся.

- Простите. Но позвольте дать Вам совет. Не стоит упускать из виду такую очаровательную невесту.

- Я это запомню, – мрачно отозвался Элвард.

- П-прошу прощения! – окликнул Сацуки принца, возвращавшегося в зал. Его лицо вспыхнуло. – Извините, что не знала, кто Вы.

Принц поклонился.

- А я извиняюсь, что не признал в Вас невесту лорда Аргайла.

Сацуки отказался от извинений, лихорадочно замотав головой.

* * *

- Это и правда был кронпринц? – пробормотал Сацуки, когда мужчина ушел.

Эдвард выглядел потрясенным.

- Ты пошел с ним, не зная, кто он?

- Ну, выглядел он как обычный человек, – сказал Сацуки. – К тому же, мне было скучно.

Лицо Эдварда покраснело, он бросил на Сацуки тяжелый взгляд.

- Ты просто с кем угодно уйти готов, когда тебе скучно?

- Эдвард! – Сацуки был шокирован гневом блондина, который видел впервые. Он неуклюже попытался оправдаться. – Принц одолжил мне пиджак, а потом мы потанцевали.

Он сделал что-то невероятно неправильное? Сацуки сильно тревожился, не понимая причину гнева Эдварда.

- Я верну пиджак его высочества, – зло бросил Эдвард, срывая с Сацуки пиджак.

Сацуки шмыгнул, когда холодный ночной воздух коснулся его кожи. Эдвард снял собственный пиджак и набросил его на плечи Сацуки. Но то было единственное проявление доброты с его стороны.

- А теперь мы отправляемся домой, – горько заявил Эдвард.

* * *

По дороге домой Эдвард все еще казался расстроенным и твердо хранил молчание.

Сацуки тоже начинал злиться. С какой бы стороны он ни смотрел на ситуацию, никаких ошибок со своей стороны он не находил. Это все была вина Эдварда. Ангелика испачкала его платье, так что он не мог со всеми танцевать. А Эдвард был виноват, что не проследил за ней на приеме. И, прежде всего, это Эдвард его одного бросил.

Затем его поразила новая мысль. « Он ведь не злится, что я пришел на прием после того, как он меня бросил, верно?»

Поразмыслив над этим еще, он понял, что из Ангелики вышла бы идеальная невеста. Возможно, увидев ее, Эдвард передумал на счет их плана. В таком случае, Сацуки только мешал.

Он не знал, в каком положении оказался и как ему себя вести.

Пока Сацуки был погружен в свои раздумья, машина прибыла к дому Эдварда. Они молча поднялись на лифте и разошлись по своим комнатам, не сказав ни слова.

Стягивая платье, Сацуки ощутил мучительные сомнения.

«Что я здесь делаю?»

Конечно, он ввязался во все это из-за денег. Но он терпел ненавистное ему переодевание и уроки вальса, говоря, что делает это ради Эдварда. Иначе он бы никогда не стал участвовать в почти криминальном плане. Он смог зайти так далеко, потому что искренне полагал, что помогает Эдварду.

А теперь все эти старания пошли прахом.

«Если мы собираемся разорвать контракт, я бы предпочел, чтобы он сделал это быстрее».

С самого начала в этом плане участвовало больше денег, чем он мог вообразить. А если все отменить, у него не останется причин жить в этой квартире. Его жизнь здесь оказалась уютнее, чем он ожидал, но он не мог и дальше позволять баловать себя снисходительностью Эдварда.

Закончив переодеваться, он собрал всю смелость в кулак и отправился в комнату Эдварда.

* * *

Сацуки постучал в дверь.

- Входи, – послышался резкий, без следа благожелательности голос Эдварда.

Сацуки нашел в себе смелость открыть дверь.

Эдвард лежал на диване, попивая алкоголь из стакана. Это был какой-то коричневый напиток, вероятно, бренди или неразбавленный скотч.

Сацуки вспомнил, что с момента их первой встречи блондин всегда пил самые крепкие напитки. Не самый здоровый способ выпить.

- Эдвард, я бы хотел кое-что обсудить, – начал он, не зная, как коснуться нужной темы.

Эдвард нахмурился.

- В чем дело?

Ужасное настроение мужчины пугало Сацуки, но отступать сейчас он не собирался.

- Думаю, тебе стоит жениться на Ангелике вместо того, чтобы свадьбу со мной изображать, – выпалил он.

- То есть, ты хочешь отказаться. – На лице Эдварда появилось угрожающее выражение.

- Нет, не хочу, – ответил Сацуки. – Просто, по-моему, будет лучше, если ты на ней женишься.

Эдвард соскользнул с дивана и молча встал.

- Эдвард? – выдавил Сацуки.

- И что ты собираешься после этого делать, Сацуки? – спросил блондин хриплым от злости голосом.

- Вернусь к своей старой жизни, конечно, – ответил Сацуки.

- А не трудно тебе будет за обучение платить? – заметил Эдвард.

Сацуки пожал плечами.

- Найду другую работу. Но мне бы не хотелось еще больше обременять тебя.

- Ты себе новую золотую жилу нашел, а? – насмешливо крикнул Эдвард.

- Золотую жилу? – Сацуки удивили эти совершенно неожиданные слова.

- Не делай вид, будто не понимаешь, – холодно кричал Эдвард. – Сегодня вечером вы с принцем Александром так и жались друг к другу.

- Что значит «жались? – спросил еще более озадаченный Сацуки.

- Он по всей Европе невесту ищет, – ответил Эдвард. Он ткнул пальцем в Сацуки. – И положил глаз на тебя.

- Да ты шутишь. – Сацуки засмеялся. Какое глупое недоразумения. – Хочешь сказать, кронпринц в меня влюбился?

- Да. Я не прав? – Эдвард схватил Сацуки за подбородок. – Эта работа тебе подходит, с таким-то прекрасным лицом.

Эдвард неожиданно поцеловал его. Это был грубый, злой поцелуй, так не похожий на нежные поцелуи, которыми они обменивались до этого.

- Не глупи, Эдвард! – Сацуки попытался отстраниться от него, но блондин удерживал обе его руки.

Эдвард толкнул его на двуспальную кровать.

Даже сейчас Сацуки не представлял, что он собирается с ним делать.

- Ты что творишь? – Страх сделал его голос пронзительным. Такими темпами, Эдвард мог легко мог его убить.

- Обращаюсь с тобой так, как ты того заслуживаешь, – ответил Эдвард с горькой улыбкой.

Он разорвал одежду на Сацуки. Сацуки честно пытался сопротивляться, но лишь еще сильнее изорвал ткань и потерял больше пуговиц. Эдвард связал ему руки над головой обрывками испорченной одежды.

- Эдвард! – голос Сацуки звучал на гране крика.

Руки Эдварда занялись ремнем Сацуки и начали стягивать с него джинсы. Он расстегнул ширинку и сунул руку в нижнее белье Сацуки.

- Нет! Не трогай меня! – закричал Сацуки на японском. В уголках его глаз выступили слезы.

Пальцы Эдварда бесстыдно обхватили Сацуки. Тот содрогнулся, впервые испытав ощущение прикосновения другого человека. Он растерял всю волю к сопротивлению.

Эдвард сорвал белье Сацуки вместе с джинсами и опустился между голых ног Сацуки, разведенных в разные стороны.

- Нет… Я же сказал тебе!.. – закричал Сацуки.

Он почувствовал, как в нижней части его тела собирается жар. Он инстинктивно закрыл глаза, не в силах вынести унижение. Его сердце бешено стучало. Его разум пошатнуло чувство невероятного стыда, который он испытывал.

Рука Эдварда скользнула вниз, к самому потаенному месту Сацуки, и медленно протолкнула один палец внутрь.

- Нет! Не надо! – Глаза Сацуки удивленно распахнулись. Его лицо мгновенно вспыхнуло. Он не мог даже попытаться сбежать, поскольку Эдвард его удерживал. Он ни на сантиметр не мог отодвинуться.

Палец Эдварда продолжал крутиться внутри Сацуки.

От этого ощущения по щекам Сацуки покатились слезы.

- Нет…

Палец Эдварда задел что-то внутри него и тело Сацуки отреагировало, пересилив все его сопротивление.

- Ах! – между его губ вылетел тихий вздох.

- Тебе нравится? – прошептал Эдвард, проводя языком вдоль уха Сацуки.

- Ннн… Нет… – Сацуки не мог контролировать свой голос, пока Эдвард упрямо продолжал нажимать на все ту же точку внутри него. Он больше не мог выносить это удовольствие, превосходившее все, испытанное им ранее. Его тело продолжало наслаждаться ощущением, несмотря на его стыд. Но он уже был почти на пределе.

- Ты не можешь вечно сдерживаться. Это невозможно. – На идеальном лице Эдварда появилась безжалостная улыбка.

- Ааах! – пронзительно закричал Сацуки, и его спина изогнулась. Напряжение медленно отпустило тело Сацуки, излившее свой жар в руку Эдварда.

- Тебе друзья в школе о простате не рассказывали? Вот что случается, если ее помассировать, – философски заметил Эдвард.

- Про… ста… – прошептал между хриплых вздохов Сацуки. Его разум парализовало, и он с трудом понимал слова Эдварда. У него даже не было сил думать.

Эдвард мягко опустился на Сацуки и пробежался рукой по его гладкой, теплой коже.

Закрыв глаза, Сацуки бессильно отвернулся. Его тело, все еще чувствительное к отголоскам недавних ощущений, реагировало на малейшие прикосновения.

- Больно, Сацуки? – прошептал Эдвард.

Прежде чем кивнуть, Сацуки зажмурился и закусил губу. Это была пытка как психологическая, так и физическая. Ему хотелось освободиться.

Эдвард отпустил его тело. Сацуки испустил сдерживаемый им вздох.

Он услышал шорох и понял, что Эдвард разделся. Сацуки слегка приоткрыл глаза.

- Что ты собираешься делать? – спросил он тонким голосом.

Не отвечая, Эдвард снова обнял Сацуки, мягко целуя его веки. Поцелуи были такими нежными, что вызывали слезы.

- Пожалуйста… отпусти меня, – умолял Эдварда Сацуки.

Эдвард улыбнулся.

- О чем ты? Теперь мы это по-настоящему сделаем.

* * *

«Что я наделал?» – туманно подумал Эдвард, когда все закончилось.

Сацуки лежал на кровати со связанными над головой руками.

Эдвард его изнасиловал.

Считанные минуты назад сердце Эдварда было охвачено гневом и ощущением предательства от рук любимого человека. Он впервые подобное испытывал, поскольку раньше никого не любил.

Когда Сацуки сказал ему, что хочет отказаться от своей роли, гнев Эдварда достиг своего переломного момента.

Но все это началось на вечеринке.

После появления Ангелики он отказался от идеи взять Сацуки на прием, чтобы защитить его от нее. Но Невилл проявил заботу и сам отвез Сацуки на прием, разрушив его план. Его тревоги на счет Ангелики оказались обоснованными, и, услышав о ее поступке, он бросился успокаивать Сацуки.

Однако, вместо этого он обнаружил, что Сацуки весело болтает с кронпринцем.

Он был глубоко задет. Ему казалось, будто другой мужчина украл у него Сацуки. Он осознал, насколько Сацуки был ему дорог. Но было ясно, что для самого Сацуки это ничего не значило.

Когда Сацуки предложил ему жениться на Ангелике, чувства Эдварда, ища выхода, вырвались наихудшим из возможных путей.

Осталось одно лишь сожаление.

- Здесь отметины, – пробормотал Эдвард, развязывая Сацуки.

Сацуки уставился на них, словно они принадлежали кому-то другому. Его тело казалось тяжелым, его полностью охватила оцепенелая усталость. Его освободили, но ему больше не хотелось двигаться.

Эдвард на миг покинул Сацуки, а затем вернулся в комнату с полотенцем. Он осторожно вытер распростертое, безвольное тело Сацуки.

- Прости, – выдавил Эдвард, заставляя себя говорить. – Я удивился, услышав, что ты собираешься уйти. Это было по-детски с моей стороны. Я больше не буду заставлять тебя ничего делать. Давай забудем о контракте.

Сацуки, наконец, шевельнулся, повернув голову к Эдварду. Но поскольку тот сидел на краю постели, опустив голову, выражение лица блондина он не видел.

- Ты женишься на Ангелике? – спросил он, дрожа. Несмотря на все крики, которые, как он думал, сорвут ему голос, вопрос прозвучал на удивление легко.

- Нет, – шепотом ответил Эдвард. – Никто бы не захотел с ней быть.

- Почему? – спросил Сацуки.

- Конечно, когда-то меня к ней тянуло, – произнес Эдвард. – Она сильная. Ее заботят только собственные желания, и она никогда не сомневается в своих методах. Но я не Ангелика. Я не могу жить, как она. Статус и богатство всегда были для меня лишь обузой. В любом случае, пора нам заканчивать. Можешь здесь поспать, если не против.

Сацуки обессилено покачал головой. Он медленно сел. Почувствовав пульсирующую боль внутри, он скривился. Эдвард предложил ему опереться на свою руку, и, наконец, Сацуки смог подняться с постели. Когда он встал, по его бедру побежала до пола теплая струйка. Это была смесь его крови и телесных жидкостей Эдварда.

Этот след их жестокого, бессердечного соития заставив Эдварда преисполниться печали.

- Сацуки… – Эдвард протянул руку, желая коснуться его щеки.

- Не трогай меня. – Сацуки оттолкнул его руку.

Эдвард замер.

- Сацуки?

- Я хочу принять душ, – холодно произнес тот.

- Хорошо, – шепотом отозвался Эдвард.

Он набросил на Сацуки халат и помог ему дойти до ванной, где повернул кран и включил горячую воду.

- Пожалуйста. Оставь меня одного, – попросил Сацуки.

Эдвард неловко кивнул.

Наконец-то оставшись в одиночестве, Сацуки погрузился в и близко не полную ванну, позволяя воде из душа литься ему на голову. От горячей воды защипало ссадины на запястьях. Его глаза начали заполняться слезами.

Он и представить не мог, что его изнасилует мужчина.

Ради всего святого, что пошло не так? Все в его жизни с Эдвардом стало ошибкой.

Он вспомнил слова Невилла. «Не хочу видеть, как ты становишься игрушкой богача».

Для Эдварда он и правда был лишь развлечением, помогающим убить время. Но Сацуки все равно по глупости считал его хорошим человеком.

Поразмыслив, он осознал, что при первой встрече Эдвард произвел на него плохое впечатление. Эдвард и бровью не повел, услышав о смерти Бренды. Для него она была просто продажной женщиной.

Как и Сацуки.

Он не мог перестать плакать. Долгое время его слезы лились свободно.

Он решился.

О том, что уже случилось, оставалось лишь бесконечно сожалеть. Но важнее было то, что произойдет дальше. Если он сейчас сбежит домой поджав хвост, то уже никогда не сможет вернуть себе самоуважения.

Он понял, что был ослеплен деньгами. Это была его первая ошибка, породившая все остальное.

«Я продолжу контракт, - думал Сацуки , - но денег не возьму. Я все верну Эдварду. Тогда, возможно, он начнет понимать, что с помощью денег все не решишь».

Когда Сацуки вышел из ванной, Эдвард стоял посреди комнаты с бледным лицом.

- Сацуки, – начал было он дрожащим голосом. Но Эдвард уже лишился власти над чувствами Сацуки.

- Меня это не радует, но мне нужны деньги, – ледяным голосом произнес Сацуки. – Так что я продолжу на тебя работать. Но запомните, лорд Аргайл, – в его голосе зазвучала ненависть, он зашипел, – я до конца жизни не прощу Вас.

Он ушел в свою комнату.

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/[Yaoj]-Obeshhanie-romantiki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Действие 4: Как Вам Это Нравится.

После приема незаметно пролетело две недели. Оставаясь наедине, Сацуки и Эдвард разговаривали друг с другом лишь в случае крайней необходимости. Весьма удачно сложилось, что квартира была такой просторной, с множеством как обычных комнат, так и ванных. К услугам Сацуки всегда было несколько комнат, где он мог закрыться, если не хотел видеть Эдварда. В присутствии Невилла или во время замаскированных вылазок на выходных они вели себя друг с другом дружелюбно, словно ничего не случилось. Ощущение было странное. Они напоминали актеров, ненавидящих друг друга за сценой, но на сцене играющих лучших друзей. Однажды Невилл, как обычно, пришел к Эдварду. - Я бы хотел немного ускорить наш план, – заявил за ужином Эдвард. – Не думаю, что Ангелика так легко сдастся, если все и дальше будет в прежнем русле двигаться. - Действительно, – согласился Невилл. – Кто знает, возможно, к моменту проведения церемонии помолвки в мае рядом с тобой окажется Англека, а не Май. Почему бы просто не ускорить свадебную церемонию? Май, в твоей школе скоро будут весенние каникулы, верно? Сацуки кивнул. - С 26-го числа. - А когда начинается следующий семестр? - 20-го апреля, – сообщил Сацуки. - Значит, почти месяц, – заключил Невилл. – Мы прямо сейчас что-нибудь придумаем. Как думаешь, сработает, Эдвард? Эдвард и Сацуки непреднамеренно встретились взглядом. Эдвард смотрел на него так, словно что-то тяготило его мысли, но он не знал, как это озвучить. Сацуки не решался заговорить. Несколько секунд они смотрели друг на друга. Эдвард отвел взгляд первым. - Думаю, Сацуки тоже предпочтет быстрее с этим покончить, – наконец произнес он. - Ага, ты, наверное, устал от всего этого, а, Май? – заметил Невилл. Сацуки решительно кивнул. Сумей он разобраться со всеми проблемами за весенние каникулы, в новом семестре смог бы всю энергию сосредоточить на учебе. А после этого он сможет подготовиться и взять академ, чтобы заработать на оплату обучения. - Если ни у одной из сторон нет возражений, предложение по улучшению плана принято! – весело произнес Невилл, не замечая перемен в их отношении друг к другу. - В обмен на полностью проведенные здесь весенние каникулы, я бы хотел вернуться перед ними на десять дней домой. Можно? – внезапно произнес Сацуки. Секунду Эдвард казался озадаченным. - Тебе не нравится жить здесь? – спросил по наивности Невилл. - Я бы хотел сосредоточиться на занятиях, – пояснил Сацуки. – А еще у нас будет выступление. - Правда? И что Вы ставите? – поинтересовался Невилл. - «Вишневый Сад» Чехова. Я играю дворецкого, – ответил Сацуки. - О. – Услышав название скучной старой пьесы, Невилл сразу потерял интерес. - А могут посторонние люди придти посмотреть? – спросил Эдвард. - Да. Если заранее запишутся. Но желающих мало, – ответил с веселым смехом Сацуки. Не будь здесь Невилла, он бы никогда этого не сделал. - Мы отпустим тебя на десять дней, так что усердно занимайся в школе, – решил Эдвард. – Встретимся снова 27-го числа в отеле «Кларидж». - Хорошо. – Сацуки слегка разочаровало, что его просьбу так легко выполнили. Наверное, раньше Эдвард бы на такое не согласился.

* * *

Раз в неделю Сацуки наведывался в свою комнату в общежитии, чтобы забрать почту и проверить автоответчик, но он уже два месяца не жил здесь по-настоящему. Первым делом он проверил автоответчик. Тот показывал десять пропущенных вызовов, но сообщение было только одно: «Похоже, ты снова вышел. Перезвони. Звонил твой друг и спрашивал о тебе». Это был грубоватый голос его старшего брата. Он проверил время, в Японии стоял день. Его отец и старший брат должны были быть на работе, так что дома, наверное, оставалась одна мать. Он сделал международный звонок из своей комнаты. Но попал на домашний автоответчик. Похоже, его мамы тоже не было дома. Оставив краткое сообщение, он повесил трубку. «Это Сацуки. У меня все хорошо. Я перезвоню». Ему приходилось следить за телефонными счетами, но если бы время от времени он не выходил на связь, его семья решила бы, что Сацуки похитили. Затем он взялся за накопившуюся почту. На одном из конвертов он с удивлением заметил знакомое имя из своего прошлого. Оно было от Йохея. Сацуки ничего не слышал о своем друге после их ссоры в старшей школе. Он поспешил открыть письмо. «Дорогой Сацуки, На днях у нас была встреча театрального кружка, и Ямада сказал мне, что ты в Англии. (Ямада был их общим другом.) Я наделся встретить тебя там, и потому удивился. Это так на тебя похоже. Меня немного удивило, как мало из присутствовавших до сих пор занимается театром, но я был рад услышать, что ты все еще усердно трудишься. Мне бы очень хотелось снова увидеться». Сацуки горько улыбнулся. - Какая жалость. Я пока еще долго не смогу вернуться в Японию. Их ссора произошла полностью по его вине. Но он был рад увидеть, что Йохей так мало изменился. Достав бумагу, он принялся за ответ. «Йохей. Спасибо за твое письмо. Здесь я получаю очень ценный опыт, но плачу за это сполна. На работе я встретил одного человека и…». Сацуки осознал, что собирается написать Йохею об Эдварде. Он скомкал бумагу и выбросил её в мусорное ведро. Чувства, пробужденные письмом Йохея, увяли. «Интересно, чем занят Эдвард». Перед его мысленным взором появился образ мужчины, одиноко сидевшего в своей огромной квартире. «Наверное, пьет, как всегда». Он никогда не смог бы простить Эдварду то, что он с ним сделал. Но видеть Эдварда настолько отчаявшимся после случившегося тоже было невыносимо. «Он и тогда, похоже, сильно пьян был…» Сацуки замотал головой. Думая о том, как Эдвард его ранил, он понимал, что сколько бы тот ни извинялся, он никогда не сможет простить блондина. Но внутри него бурлили, сражаясь друг с другом, ненависть и жалость к мужчине. Он знал, что некая его часть никогда не сможет ненавидеть Эдварда, и был изумлен этим.

* * *

Впервые за долгое время Сацуки пошел на занятия из своего дома. Ему надо было выходить раньше, чем из квартиры Эдварда, но он беспечно проснулся в обычное время и вынужден был спешно убегать. Конечно, завтрак он пропустил. И ему было немного грустно, что никто его не провожает. Когда он ушел, в пустой комнате зазвонил телефон. Звенел он долго, а потом включился автоответчик. - Это Айда. Я сейчас в Лондоне. Я позже перезвоню. Это был Йохей. Но Сацуки давно ушел.

* * *

Приближался конец семестра, и занятия становились труднее, поскольку все пытались доделать полученные от каждого учителя задания. По окончанию семестра студенты всегда были выжаты. Если бы Сацуки продолжил жить у Эдварда, его ждал бы ужин без каких-либо усилий с его стороны, но теперь он сам должен был себя кормить. Он ни за что не хотел тратить полученные от Эдварда деньги. Пока он раздумывал, что делать, выходя из школы, его окликнули по имени. - Сацуки! Идеальное японское произношение его имени заставило его удивленно округлить глаза. Он увидел стоявшего у школьных ворот Йохея. - Быть не может! – в шоке прошептал Сацуки. - Отчего же? – широко улыбнулся его друг. - Йохей, что ты здесь делаешь?! – воскликнул Сацуки. - У меня весенние каникулы, – пояснил Йохей. – Я всегда хотел съездить за границу и копил деньги. А потом я услышал, что ты в Лондоне, вот и… О, ты получил мое письмо? - Ага, вчера прочитал, – ответил Сацуки. - Оно так долго шло? – удивился Йохей. - В последнее время я дома не появлялся, так что, наверное, оно раньше пришло, – пояснил Сацуки. - О, так вот почему ты вечно трубку не брал, когда я звонил. Но я все равно рад, что ты его прочитал. Сацуки улыбнулся. - Я тоже. - Мы расстались не в особо хороших отношениях, – неуверенно произнес Йохей. – Я понятия не имел, что делать, если ты просто выкинешь его, не читая. - Прости. Я вел себя по-детски. – Два года спустя, Сацуки наконец-то мог искренне извиниться. - Ты не виноват, Сацуки. Я вел себя как последний идиот. – Лицо Йохея покраснело. - Как долго ты здесь будешь, Йохей? – спросил Сацуки, меняя тему. - У меня путевка на одиннадцать дней, – последовал ответ. – Я прилетел прошлой ночью. - Да ну! – воскликнул Сацуки. – Но это плохо. У меня еще занятия не закончились, так что я только на выходных с тобой увидеться смогу. - Хватит и выходных, – сказал его друг. – Я действительно не знал, что делать, если ты не захочешь меня видеть. - Знаю! А почему бы тебе у меня не пожить вместо гостиницы? – предложил Сацуки. – Тогда мы сможем вечером видеться. - Но слишком ли это хлопотно для тебя будет? – спросил Йохей. - Я купил диван, будучи уверенным, что ко мне будут люди из Японии приезжать, – признался Сацуки. – Но пока никто не доехал. Я хочу, чтобы ты у меня пожил, Йохей, – настаивал он. - Правда? – спросил Йохей, а потом воскликнул: – Здорово! - Но прими к сведенью, комната у меня очень маленькая, – предупредил Сацуки. - Ничего роскошного я и не жду. – Йохей радостно рассмеялся.

* * *

Йохей пришел к Сацуки с большим пакетом еды быстрого приготовления. - А ты поумнел, Йохей, – произнес впечатленный Сацуки. В старшей школе Йохей был очень добродушным, и ему приходилось все время присматриваться к его друзьям. - Ты доволен, если у тебя есть еда. – Йохей быстро замолк. - Как ты можешь так говорить? – поддразнил его Сацуки. - Я принес это, чтобы ты меня не прогнал после двух лет, – признался его друг. - Ну, это очень кстати, – произнес довольный Сацуки. – В этом месяце у меня ограниченный бюджет. Йохею, похоже, полегчало. - Я так рад, что приехал в Лондон. Я рад, что мы смогли увидеться. – У него на глазах выступили слезы. - Ты слишком эмоционально реагируешь, Йохей, – заметил Сацуки. - Но я никак не мог тебя застать, когда звонил, – чуть ли не печально отозвался Йохей. – Я спросил об этом твою семью, и они сказали, что, наверное, я встречу тебя, если загляну к тебе в школу. Я с полудня тебя у ворот ждал. Слова Йохея растрогали Сацуки почти до слез.

* * *

Десять дней пролетели быстро. Возвращаться домой к другу с его беглым японским было для Сацуки словно бальзам на душу. Настал последний день семестра. На следующий день Йохей возвращался в Японию, а Сацуки – к Эдварду. Занятия заканчивались днем их постановкой по «Вишневому Саду». Учителя и студенты других классов стекались в студию, чтобы посмотреть их выступление. При создании образа своего персонажа в пьесе Сацуки использовал личность дворецкого Эдварда из Дорсетта. Все-таки, посещение поместья Эдварда стало для Сацуки полезным опытом. Без этого он бы никогда не понял, что значит быть дворецким. Настало время реплики Сацуки. Когда он вышел под сияющий над сценой софит, в студии с опозданием появился некий мужчина, болтавший с деканом. Стройный, высокий. Блестящие светлые волосы. Изящные движения. Сацуки сглотнул. Он узнал Эдварда. Но, удивленный его внезапным появлением, совершенно забыл свой текст.

* * *

После выступления и последующего обсуждения все были свободны. Семестр закончился. Сацуки, отказавшись от приглашения друга выпить, поспешил в раздевалку. Сегодня был его последний вечер с Йохеем. Выйдя из школы, он увидел стоявшего снаружи с мрачным видом Эдварда. - Давно не виделись, Сацуки. – Мужчина печально улыбнулся. Секунду Сацуки не знал, как реагировать, но поскольку они были на публике, выбрал дружелюбный тон. - Давно. – Он вежливо улыбнулся в ответ. – Что Вы здесь делаете, сэр? Этот вопрос мучил его с тех пор, как он заметил Эдварда в театре. - Моя компания спонсирует эту школу, – пояснил Эдвард. – Декан пригласил меня посмотреть выступление. - Понятно. – Сацуки было неловко, ведь он думал, что Эдвард пришел его игру посмотреть. - Я не хотел тебя отвлекать, – с жалобным видом произнес Эдвард. Должно быть, он понял, что свою реплику Сацуки по его вине забыл. – Могу я в качестве извинения угостить тебя ужином? - Простите, у меня сейчас друг из Японии гостит, – ответил Сацуки. - Так возьми друга с собой, – предложил Эдвард. Сацуки задумался. Из-за скромности его финансов, Йохей питался только самой простой пищей. Если они пойдут с Эдвардом, его друг сможет попробовать более вкусные вещи. И для Йохея это станет редкой возможностью. А Сацуки казалось, что если он оставит Эдварда одного, тот просто начнет пить. - Хорошо, – наконец, согласился он. – Но хочу сразу прояснить, раньше завтрашнего дня работать я не начну. Эдвард кивнул. - Конечно. Они договорились встретиться в холле отеля «Ритц», и Сацуки ушел.

* * *

Когда Сацуки пришел домой и рассказал Йохею об их ужине с Эдвардом в отеле «Ритц», его друг, как он и ожидал, пришел в восторг и разволновался. - Что? Аристократ! Прекрасно! – воскликнул Йохей. – Я рад, что захватил галстук. - Ты взял галстук? – спросил Сацуки. - Так было написано в путеводителе, – последовал ответ. – Там советовали подготовиться к любым ситуациям и взять с собой костюм. Сначала я этого делать не хотел, но моя мама продолжала меня пилить. Но ведь в отель «Ритц» без галстука не пустят, верно? - Правда? – в ужасе спросил Сацуки. Он подумал о прошлом визите туда. Он не помнил, чтобы появлялся там не переодетым в женщину. Но все мужчины были в галстуках. - Что такое, Сацуки? – спросил Йохей. - У меня нет галстука, – признался Сацуки. Йохей удивился. - Правда? Осознай Сацуки свою оплошность раньше, он мог бы найти того, кто одолжит ему галстук, но теперь уже было слишком поздно. Из его вещей для отеля «Ритц» подходило только короткое платье, которое он взял из квартиры Эдварда, чтобы надеть завтра. Он колебался. - Йохей, тебе запрещено рассказывать кому-либо о том, что ты сегодня увидишь, – внезапно произнес он. Йохей казался сбитым с толку. - Ни в коем случае, то есть, никому, - настаивал он. – Если проболтаешься, на этот раз я действительно перестану быть твоим другом. Выражение Сацуки напугало Йохея. Он закивал, не понимая, почему ему нельзя ничего рассказывать. Сацуки достал из шкафа платье. Он начал молча переодеваться перед то краснеющим, то бледнеющим Йохеем.

* * *

Самолет Йохея вылетал ранним утром следующего дня, так что они отвезли его вещи в гостиницу, где он остановился первоначально. Потом друзья отправились к месту встречи. Эдвард уже ждал их в холле. - Прости за опоздание, – произнес с сияющей улыбкой Сацуки. Эдварда, похоже, одежда Сацуки по-настоящему удивила. - Не думал, что ты добровольно в таком виде придешь, – заметил он. - У меня нет ничего другого, что можно было бы надеть в такой строгий отель, – мрачно отозвался Сацуки. - Но тебе идет, – искренне сказал Эдвард. – Так и хочется прямо здесь обнять тебя и поцеловать, но, полагаю, мне не стоит этого перед твоим другом делать? - Конечно, – рявкнул Сацуки, отвергая предложение Эдварда. Йохей, похоже, сильно нервничал, стоя перед светловолосым иностранцем посреди дорогого ресторана. Но Эдвард заговорил с ним на ломаном японском, а тот ответил на корявом английском, и ужин прошел мирно. - Не забудь о нашей завтрашней встрече, – быстро прошептал Эдвард на прощание, чтобы Йохей ничего не понял. Он облегченно улыбнулся, когда Сацуки молча кивнул.

* * *

- Мне казалось, в старшей школе ты ненавидел переодевания, – произнес позже Йохей, когда они прогуливались по берегу Темзы. - Я и сейчас их ненавижу, – отозвался Сацуки. - Это было невероятно, – заметил Йохей. – Приехав в Лондон, я и подумать не мог, что встречу настоящего дворянина. - У нас с ним много чего происходит, – пробормотал Сацуки. - Он ведь не твой покровитель? – Йохей подозрительно покосился на Сацуки. Обычно он был недогадлив, но иногда демонстрировал настоящую наблюдательность. - Конечно, нет, – сказал Сацуки. - Но он ведь говорил что-то про «объятия» и «поцелуй» с тобой? – настаивал его друг. - Ты, наверное, не расслышал, – попытался отмахнуться от этого Сацуки. – Ты разве не слышал, что он тоже удивился, увидев меня в такой одежде? - Пожалуй, я совсем не понимаю английский, – сдался Йохей. – Не знаю. Плечи Сацуки поникли. - Но что-то такое в нем есть, – продолжал Йохей. - Что? – тревожно спросил Сацуки. - Кажется, ты ему очень нравишься, Сацуки, – ответил его друг. Сацуки попытался обратить все в шутку. - Что ты такое говоришь? - Ну, я… мне ты тоже очень нравился, так что мне виднее, – запинаясь, произнес Йохей. - Что? – вскрикнул Сацуки. Йохей повернулся прямо к другу. - Я люблю тебя, Сацуки. Мне казалось странным, чтобы парень влюбился в другого парня, и потому я поклялся никогда тебе об этом не говорить, но я никак не могу выкинуть это из головы. Сацуки не знал, что сказать. - Йохей… - Я приехал в Лондон, чтобы рассказать тебе о своих чувствах. – Лицо Йохея болезненно дернулось. Это было спонтанное признание. За все три года, что они провели вместе в старшей школе, Сацуки никогда не замечал чувств товарища. До их ссоры тот всегда был прекрасным другом. - И как давно у тебя появились эти чувства? – спросил он, тронутый страданиями друга. - С нашей первой встречи, – последовал ответ. – Ты всегда говорил со мной о театре, и я был так этому рад. Сацуки говорил с Йохеем о театре лишь потому, что его больше никто не слушал. - Прости, – искренне произнес он. – Я никогда не замечал. - Ага, я так и думал, – сказал Йохей. – Ты не замечаешь, какой эффект производишь на людей. Это мне следует извиниться. Прости, что странных вещей наговорил. Сацуки покачал головой. Он был шокирован, но и счастлив, что Йохей прилетел ради него в Лондон. - Но я рад, что рассказал тебе правду. Я был готов к тому, что ты меня сразу отвергнешь. Ты хороший человек, Сацуки. – По улыбающемуся лицу Йохея потекли слезы. Сацуки снова был поражен. - Йохей… - Я хотел бы тебя попросить лишь еще об одной вещи, – произнес Йохей. Сацуки улыбнулся. - В чем дело? Йохей, похоже, нервничал. - Помнишь пародию на «Белоснежку», что мы на первом году делали? Ты играл принцессу, а Кавагути-семпай – принца. И в последней сцене он тебя по-настоящему поцеловал, так что все потом это обсуждали. Сацуки кивнул. - Да. - Я так завидовал его роли, – признался Йохей. – Но это я его подговорил, потому что уже сдался. Сацуки колебался. - Прости, я глупости говорю, – внезапно произнес Йохей, заметив реакцию Сацуки. Сацуки покачал головой и слегка коснулся своими губами губ Йохея. «Это любовный поцелуй». Он вспомнил свои тренировки с Эдвардом. - …Спасибо, – прошептал Йохей. Сацуки стукнул друга по голове костяшками пальцев. - Странно тебя таким смиренным видеть. - Пожалуй, возможно, – отозвался Йохей. - Нет, так и есть, – настаивал Сацуки. - Да, пожалуй, – признал Йохей. Они дружно рассмеялись.

* * *

На следующее утро, проводив Йохея в аэропорту, Сацуки отправился в отель «Кларидж». Вчерашние события вызывали у него смешанные чувства. Признание Йохея пробудило старые воспоминания, которые Сацуки запечатал где-то глубоко. Раньше, когда его заставляли одеваться девушкой, ему вечно приходилось кого-то целовать. Это было лишь легкое касание губ, ничего злонамеренного, но он все равно этого не любил. И каким бы нежным ни был поцелуй, честно говоря, Йохея прошлым вечером целовать ему тоже не хотелось. Единственным исключением были его поцелуи с Эдвардом. Он все равно не был им рад, но вытерпеть мог. Наверное, они просто целовались так часто, что он стал к ним невосприимчив. Когда он добрался до отеля, Эдвард уже стоял в холле. - Я не был уверен, придешь ли ты сегодня, – произнес блондин с непривычно беззащитной улыбкой. - Почему? – обольстительно улыбнулся Сацуки. - Потому что сегодня твой друг в Японию улетел. Я подумал, ты можешь захотеть уехать с ним, – ответил Эдвард. - Не глупи. У меня есть ты. – Сацуки поцеловал его в губы. Тело Эдварда напряглось на миг, а потом он мягко оттолкнул Сацуки. Сацуки не ожидал такой реакции. До сих пор это Эдвард всегда был инициатором их поцелуев. Он был уверен, что для этого есть более глубокая причина. Он против воли почувствовал горечь. Его игра не устраивает Эдварда? - Сегодня «А» или «Б»? – спросил Сацуки, беря себя в руки. План «А» был самым привлекательным, поскольку предполагал полностью проведенный в отеле после еды день. План «Б» включал прогулку и притворство после трапезы. Преимуществом «Б» было то, что они оказывались на виду у толпы людей. - Ни тот, ни другой, – заявил Эдвард. – Мы вернемся в мою квартиру. Там будет Невилл, так что я едва ли потеряю контроль. Сацуки удивленно кивнул. Оставаться наедине все равно было неловко. Присутствие Невилла поможет отвлечь внимание.

* * *

Невилл вышел встретить их, когда они добрались до квартиры. - Привет, Май. Вот и героиня прибыла. - П-привет. – Сацуки поразило, как сильно он завидовал Невиллу, продолжавшему наведываться в квартиру Эдварда в отсутствие Сацуки. - Проходи, проходи, – пригласил Невилл, словно и правда жил здесь. Ужин ждал их на обеденном столе. - Сначала об успехе нашего плана. – Невилл пребывал в необычайно хорошем настроении. – Май, послушай. Через неделю в особняке в Дорсетте пройдет масштабная церемония помолвки. Изначально мы собирались провести прием в лондонском отеле, но если пойдут слухи, могут возникнуть проблемы, и потому мы передумали. Сацуки кивнул. Он знал, что изначально церемония помолвки была назначена на май, так что их планы сдвинулись на месяц. - А когда свадьба? – спросил он. - Итак, не паникуй, – предупредил Невилл, – но посреди праздника ты выйдешь и переоденешься в свадебное платье. И церемония помолвки превратится в свадебную. А на следующий день вы отправитесь в медовый месяц. Сацуки неосознанно сглотнул. События развивались быстрее, чем он ожидал. - А когда все закончится, – заключил Невилл, – ты вернешься к прежней жизни, а Эдвард покинет Англию, пока не уляжется шумиха. - Что мне делать до помолвки – то есть, до свадьбы? – спросил Сацуки. - Мы хотим, чтобы до церемонии ты оставался здесь. Не очень-то весело выйдет, если тебя похитят, – без выражения произнес Эдвард. - Похитят? – переспросил Сацуки. - Приглашения на церемонию мы рассылаем завтра, – продолжил объяснять Эдвард. – Мы не знаем, что могут попробовать провернуть те, кому эта идея не понравится. Сацуки неохотно кивнул. Через десять дней его освободят от этого фарса. Однако, он испытывал, скорее противоречивые чувства, чем радость. Почему же? Потому что это означало расставание с Эдвардом навсегда.

* * *

Жизнь в квартире была сплошным мучением. Наедине Эдвард и Сацуки никогда не разговаривали, даже если сталкивались друг с другом. Было скучно сидеть одному в огромной комнате, ни с кем не разговаривая, и Сацуки казалось, что он с ума сойдет. Лежа на кровати, Сацуки подумал об Эдварде. Он знал, что тот был где-то неподалеку. В дополнении к большому дому в Лондоне у Эдварда было поместье с армией слуг, и ему никогда не приходилось работать. Поначалу Сацуки удивился, что счастливый обладатель подобной судьбы и правда существует. Но Эдвард вовсе не казался счастливым. Его родители погибли, так и не обратив на него внимания, его родственники пытались украсть его состояние, и его заставляли жениться. «Интересно, что Эдвард будет делать, когда закончится этот фарс с браком». Как бы Сацуки ни старался, но он не мог представить ничего, кроме Эдварда, вновь поглощенного своим нерадивым образом жизни. В дверь постучали, и Сацуки подскочил. Дверь открылась, и за ней показался Эдвард с болезненным выражением на лице. - В гостиной тебя ждут на примерку платья и пробный макияж, – сказал он, передавая Сацуки сообщение как можно менее многословно. Сацуи молча кивнул. Отправившись в гостиную, он обнаружил там белоснежное свадебное платье, ожидавшее его в компании дюжины платьев других расцветок. Любую девушку такое зрелище привело бы в восторг, но Сацуки этот громоздкий водоворот ткани угнетал. - Сколько всего мне придется надеть? – в ужасе спросил он. - Одно на церемонию помолвки и одно на свадьбу. Так что два, – ответила женщина, одна из модельеров, нанятая на условиях полной секретности. - Если мне нужно только два платья выбрать, почему их здесь столько? – спросил Сацуки. - Мы ведь не узнаем, какое из них лучше, пока Вы их не примерите, верно? – заметила женщина. - О. – Сацуки оглянулся в поисках спасения, но Эдвард исчез. Ему пришлось столько платьев мерить, что он себя куклой чувствовал. Когда были выбраны платья, приехали стилисты. Эта группа проводила бесконечные манипуляции с его волосами и наносила макияж, так что когда все закончилось, он сильно устал. «Это наказание за жалобы на скуку?» – мысленнобурчал Сацуки. Чтобы подготовиться к свадьбе за десять дней, необходимо было многое сделать, и, похоже, времени скучать у него больше не будет.

* * *

Эдварду было неспокойно. Через неделю с небольшим их спектакль закончится. До этого он хотел еще раз извиниться перед Сацуки за то, что случилось той ночью. Но он словно никак не мог найти подходящее время. К тому же, Сацуки продолжал упрямиться. «Я до конца жизни не прощу Вас». Эдварду казалось, что он никогда не забудет бледное лицо, сверлившее его тогда злым взглядом. На людях или при Невилле Сацуки вел себя дружелюбно, но когда они оставались одни, его поведение полностью менялось, и он переставал разговаривать с Эдвардом. Эдвард начинал понимать глубину гнева Сацуки. Он надеялся, что у него появится возможность извиниться, когда Сацуки останется пожить у него, но все было бесполезно. В попытках избежать боли Эдвард начал прикладываться к бутылке. Он всегда так себя вел после смерти родителей. Если что-то становилось для него слишком невыносимым, только выпивка приносила ему утешение. Встретив Сацуки, он осознал, что ему больше нравится проводить с ним время, чем пить. А теперь боль вернулась. Внезапно прозвенел дверной звонок, сообщая о госте. «Наверное, Невилл». Будучи пьяным, Эдвард плохо соображал. Открыв дверь не глядя, он обнаружил за ней Ангелику. Стоявший на входе швейцар проверял всех посетителей. Однако было широко известно, что Ангелика – кузина Эдварда, так что, наверное, швейцар ее просто пропустил. - Привет, Эдвард. – Женщина широко улыбнулась. – И где же твоя милая маленькая невеста? - Самому интересно, – пробормотал Эдвард. - Я бы хотела ее увидеть, – проворковала Ангелика. - Сомневаюсь, что она хочет тебя видеть, – прямо заявил Эдвард. - Пожалуй, – согласилась Ангелика. – Но пора бы тебе уже понять, что она за человек. - Еще только полдень, – устало произнес Эдвард. – Не можешь подождать, пока я нормально проснусь? - Ты безнадежен. – Ангелика улыбнулась ему с жалостью. – Ладно, я хочу поговорить с твоей невестой. Ангелика протиснулась мимо него и вошла внутрь. - Настойчивая ты, кузина, – заметил Эдвард. Сацуки, должно быть, услышал поднятый Ангеликой шум. Он появился в холле, безупречно одетый женщиной. - Эм, ты хотела меня видеть? - Я пришла разоблачить твою истинную сущность. – Ангелика вытащила из сумочки фотографию. – Интересно, сможешь ли ты это объяснить? – Фотография была датирована 27-ым марта и изображала Сацуки, выходящего с Йохеем из гостиницы. - У меня и другие снимки есть. – Она сунула еще одно фото Эдварду, давая кузену возможность хорошенько его рассмотреть. На этом снимке Сацуки целовал Йохея на берегу Темзы. Эдвард почувствовал, как с его лица схлынула кровь.

* * *

«Она знает, кто я?» - Сацуки побледнел. Наверное, фотограф последовал за ними после ужина с Эдвардом. Тем вечером распрощаться с Йохеем было трудно, так что, в итоге, Сацуки переночевал у него в гостинице. Камера все это запечатлела. Первый снимок был сделан утром в день отъезда Йохея. Сацуки переоделся в женщину, чтобы сразу отправиться на дневную встречу с Эдвардом. - Этот очень свежие снимки, – злобно произнесла Ангелика. – Уверена, ты знаешь, где они были сняты. Сацуки не мог ничего сказать. Ангелика взорвалась: - Как ты смеешь выходишь замуж за Эдварда, если у тебя есть любовник? Глаза Сацуки невольно округлились. - Что? - Собираешься притворяться, что не понимаешь, о чем я говорю, когда у меня есть все эти доказательства? – завизжала Ангелика. – Ты и правда авантюристка. «Она все еще не знает, что я мужчина!» - Ты ошибаешься. Мужчина на снимках – мой друг из старшей школы, – ответил Сацуки, сдерживая смех. - Ты так говоришь, хотя у меня есть неопровержимые доказательства, что вы провели ночь в гостинице? – насмешливо спросила Ангелика. Не в силах больше сдерживаться, Сацуки рассмеялся. - Хоть мы и спали в одной постели, это не то, что ты думаешь. Он гей. «Прости, Йохей». - Мысленно извинившись перед другом, Сацуки продолжал: - Может, спросишь его самого? Я дам его номер. Эдвард, само собой, в курсе. - Какая явная ложь, – усмехнулась Ангелика. Эдвард, стоявший молча, словно статуя, наконец-то заговорил. - Она говорит правду. Кузина, может, успокоишься? Ты должна знать, что я тоже с ним встречался. Подозреваю, у тебя есть снимок, где мы ужинаем втроем. Я не такой идиот, чтобы садиться за один стол с соперником в любви. Ангелика, похоже, наконец-то лишилась дара речи. Она смерила взглядом каждого из них, свирепо нахмурив узкие брови. - Значит, ты не собираешься отменять помолвку? – выкрикнула она. - Именно. – Эдвард снисходительно кивнул. Ангелика развернулась на каблуках и унеслась прочь, хлопнув дверью. Подождав, пока шаги Ангелики удалились, Сацуки глубоко вздохнул. - Я думал, она узнала, что я мужчина. – Он усмехнулся и покосился на Эдварда. У Эдварда на лице было сложное выражение. - Не знал, что вы так друг к другу относитесь, – многозначительно пробормотал он, отворачиваясь от Сацуки. - Что? – Глаза Сацуки удивленно округлились. - Пожалуй, я ошибся, считая, что это был твой первый раз, – сказал Эдвард. Сацуки почувствовал, как ему в голову ударила кровь. Он залепил Эдварду пощечину раньше, чем успел осознать, что делает. - Ты чудовище! – закричал он, бросив все еще изумленного Эдварда и убежав в свою комнату. Он упал на кровать. Из его глаз хлынул неконтролируемый поток слез. Он уже понял причину своих слез, но не хотел этого признавать. Он любил Эдварда.

* * *

Наконец, настал день церемонии помолвки и свадьбы. За день до этого они приехали в поместье в Дорсетте, но Сацуки и глаз не сомкнул на кровати под пологом королевских размеров. После визита Ангелики их отношения стали хуже некуда. Раньше только Сацуки игнорировал Эдварда, но теперь и Эдвард явно отказывался с ним разговаривать. Отказывался даже смотреть на него. Даже Невилл, похоже, заметил, проблемы в их отношениях, но не смел вмешиваться. Потому что, без сомнения, знал: после свадьбы этим двоим больше не придется общаться друг с другом. Прием проводился в баре. Роскошью он мог бы поспорить с любым лондонским отелем. И, к счастью, Ангелика отсутствовала. - Почти пора, Май. – Невилл прервал Сацуки, обходившего с приветствием гостей, и вместе они поднялись по лестнице в небольшой кабинет. - Я и подумать не мог, что этот день настанет, – сказал он по дороге. Его глаза прищурились, и уголки губ поднялись в горькой улыбке. Это было очень неприятное выражение. - Тебя что-то тревожит? – спросил Сацуки. - Просто подумал, как сильно Эдвард ненавидит жизнь аристократа, а теперь он сохранит не только свое положение, но и состояние. – Невилл внезапно замолк, а потом пожал плечами. – Рано или поздно тебе бы все равно пришлось это услышать. - Пожалуй, это нехорошо, – сказал Сацуки. Под его серьезным взглядом Невилл начал снова: - Может, и нет. Но когда я его впервые встретил, он был образцовым учеником. Со стороны он казался идеальным сыном, без всяких вопросов идущим по уготовленному ему родителями пути. Но у него возникают искаженные идеи. Он чувствует себя униженным полученными привилегиями. - Униженным? – повторил Сацуки. Невилл кивнул. - Верно. У него очень незрелые представления о том, что хорошо, а что плохо. И потому он пытался понять, как ему хочется жить для себя, без всяких привилегий. С этого все и началось, когда погибли его родители. Титул и огромное наследство свалились на него против его воли. Хотя для получения наследства необходимо жениться. Но свою долю невзгод он получил. - Хочешь сказать, его огромное состояние – тяжкая ноша? – спросил Сацуки. И снова Невилл кивнул. - Да. Он с детства все получал. Ему никогда не приходилось ни ради чего работать. Разве можно это назвать счастьем? Я из семьи рабочего класса. Хоть я и закончил колледж, корни свои изменить не могу. Но когда я впервые встретил Эдварда, он знал, что я счастлив. У меня была куча вещей, которые мне хотелось сделать. Это и значит быть живым. А у него этого нет. Невилл улыбнулся озадаченному выражению на лице японского юноши. - Невилл, ты?.. – начал было Сацуки. - Не продолжай. А то я буду ужасно себя чувствовать, – с улыбкой произнес Невилл.

* * *

Сацуки снял оранжево-розовое платье, которое было на нем, и переоделся в заранее приготовленное белоснежное. Ожидавшие его четверо стилистов подправили ему макияж, расчесали волосы, а за тем уложили их по-другому. - Вы выглядите красивее, чем мы ожидали! – растрогано воскликнула одна из женщин. Остальные заговорили, совершенно не сдерживаясь. - Какие у Вас красивые глаза и волосы! - Рядом с Вами я себя меньше женщиной чувствую. Сацуки криво улыбнулся. - Как скажете, но я мужчина. - Какие ужасные слова! – воскликнули стилисты. – Вот, посмотрите на себя! Сацуки внимательно изучил свое отражение в зеркале в полный рост. Его спина и грудь были открыты больше, чем он предполагал, но он хорошо зафиксировал накладки, и очертания его тела были прекрасны. Украшенное бриллиантами ожерелье обхватывало его шею, победоносно поблескивая. На левом безымянном пальце красовалось кольцо с голубым бриллиантом. В дверь постучали, и в комнату зашел Эдвард. - Сацуки, ты почти… – Эдвард запнулся, увидев свою «невесту». - Я нормально выгляжу? – тревожно спросил у него Сацуки. - Да. Ты прекрасна, – выдохнул Эдвард. Женщины закивали. - Конечно, прекрасна. Все-таки, ей занимались лучшие мастера Лондона! - Возможно, даже Англии! Женщины посмеивались между собой, но Эдвард не мог отвести взгляда от Сацуки.

* * *

Церемония проходила в саду. Весна в этом году наступила рано. Повсюду цвели крокусы и нарциссы, деревья окрасились свежей зеленью. Из зимнего лица сада проросла невообразимая красота. Гости весьма удивились, когда домашний прием по случаю помолвки превратился в свадьбу на улице, но, похоже, свадебная церемония в красивом саду всех устроила. Сердце Сацуки медленно впадало в уныние перед лицом счастья всех этих людей. Чувство вины из-за обмана такого количества людей смешивалось со страданием, вызванным необходимостью разлуки с Эдвардом посреди их ссоры. Эти два чувства полностью опустошили его. Наконец, церемония закончилась, и они с Эдвардом, взявшись за руки, вернулись в дом. Гости разошлись по домам, но новоиспеченная «пара» должна была и дальше обманывать ничего не подозревающих слуг. - Наилучшие поздравления, господин Эдвард, – со слезами на глазах произнес дворецкий, чье лицо обычно оставалось каменным. – Уверен, Вы чудесно о нем позаботитесь, мадам. «Мадам?» Такая смена обращения вызвала у Сацуки прилив противоречивых эмоций. Ему невыносимо было думать, что завтра он увидит этого доброго старика в последний раз. - Не говори такие бестактные вещи, старик, – мягко пожурил дворецкого Эдвард. - И верно, сэр. Я подготовил спальню, которой пользовались Ваши родители. Приятной вам ночи. – Дворецкий склонил голову, и все остальные слуги дружно повторили его жест. Эдвард и Сацуки взялись за руки и, улыбнувшись друг другу, вместе отправились в спальню.

* * *

Стоило им зайти в комнату, как они выпусти руки друг друга. Для них были приготовлены легкие закуски, в том числе шампанское, фрукты и бутерброды. Сацуки быстро осознал, насколько он проголодался, перенервничав на приеме. - Я немного голоден. Можно, я поем? – спросил он, указывая на еду. - Вперед, – ответил Эдвард. – Все-таки, это для нас приготовили. Они будут рады, если ты поешь. - Итадакимас, – произнес Сацуки, прежде чем приступить к молчаливой трапезе. Эдвард усмехнулся, глядя на него. - Что? – подозрительно спросил Сацуки. - Ты и правда счастливее всего, когда ешь, – последовал ответ. У Сацуки появилось недовольное выражение, но есть он не перестал. - Ох, да, – продолжал Эдвард. – Завтра мы отправимся в аэропорт «Хитроу» и там расстанемся. Я тебе сейчас чек выпишу. – Он достал чековую книжку из ящика стола. Видимо, он заранее перенес сюда все необходимые вещи. – Ты проделал великолепную работу. – Написав сумму на чеке, он протянул его Сацуки. – Раз мы закруглились раньше, чем ожидали, я добавил дополнительные 2000 фунтов. Если этого недостаточно, скажи сейчас. Сацуки посмотрел на чек. - Что ты будешь делать, когда приедем в аэропорт? – спросил он. - Думаю отправиться в Японию, – признался Эдвард. – Хочу посмотреть на страну, где ты вырос. - Хорошая идея. Вишня сейчас цветет, и своей красотой она может поспорить с твоим садом. – Из глаза Сацуки скатилась неожиданная слеза. - Сацуки… – Подойдя к нему, Эдвард обхватил его лицо своими ладонями. – Ты столько всего ужасного из-за меня пережил. Как мне извиниться? Сацуки покачал головой, а затем спокойно разорвал чек. - Что ты делаешь? – закричал Эдвард, широко распахнув глаза. - Мне не нужны все эти деньги. Я все равно столько принять не могу. Поначалу я, конечно, из-за денег в это ввязался, но и не только. – Сацуки посмотрел Эдварду прямо в глаза. – Я делал это, потому что люблю тебя. Я хотел помочь. - Сацуки, прекрати, – взмолился Эдвард. – Я не смогу себя контролировать. - Мне все равно. – И Сацуки мягко прижался своими солеными от слез губами к губам Эдварда. Он наконец совладал со своим сердцем. С первой их встречи его тянуло к Эдварду. Он пытался не признавать этих чувств, но отрицать их было нельзя. - Сацуки… – Эдвард вернул поцелуй. Он был глубоким, крепким. - У меня макияж течет, – сказал Сацуки, скрывая свое смущение, и отстранился от Эдварда. – Я схожу в душ… Эдвард улыбнулся с любовью, отпуская Сацуки.

* * *

После душа Сацуки набросил халат на свое обнаженное тело. Он подумал о том, что должно было случиться, и его сердце затрепетало, словно воробушек. На его лице застыло решительное выражение, но ему понадобилась вся его смелость, чтобы вернуться в комнату, где ждал Эдвард. Эдвард, сидя на кровати, улыбнулся ему и протянул руку. Под влиянием нежной улыбки блондина волнение и страх мгновенно растаяли. Дрожа, Сацуки прижался к груди Эдварда. На его губы обрушился дождь нежных поцелуев. Сацуки шепотом застонал: - Мм… Эдвард пробормотал между поцелуями: - Сацуки, открой рот. Сацуки покраснел, догадавшись о его намереньях. Но он слегка приоткрыл рот, пуская Эдварда внутрь. Язык Эдварда тут же скользнул внутрь и сплелся с языком Сацуки. Их губы плотно прижимались друг к другу, снова и снова меняя углы. Струйка влаги пробежала по подбородку Сацуки, и под его прикрытыми веками выступили слезы. - Х-хватит… – выдохнул он. Под градом поцелуев, завладевших даже его вздохами, все силы покинули тело Сацуки. Он пробежался руками по спине Эдварда, нажимая на кожу со всей оставшейся силой. - Сацуки… – позвал его Эдвард. Когда Сацуки приоткрыл глаза, он увидел сидевшего перед ним Эдварда, который смотрел на него с любовью. Последние следы волнения исчезли. Эдвард снова слегка коснулся губ Сацуки, а затем нежно уложил его на постель. Сацуки закрыл глаза, принимая на себя тяжесть Эдварда. Руки Эдварда пробежались по каждому сантиметру тела Сацуки. Сацуки почувствовал, как его кожа начинает медленно пылать жаром. Он закусил губу и подавил стон. - Сацуки, дай мне тебя услышать, – шепнул Эдвард ему на ухо. Он прикусил мочку уха Сацуки. Голова Сацуки вяло перекатилась набок. Это движение вызвало тихий смешок Эдварда. Его губы медленно скользнули по шее Сацуки, лаская впадинку на ключице. И там он оставил метку своей собственности. Его грудь ласкали языком и рукой, так что у Сацуки вырвался невольный стон. Его тело стало чувствительнее и мгновенно реагировало. Он попытался оттолкнуть Эдварда обессилившими руками. Эдвард легко подавил сопротивление и продолжил спускаться губами ниже по телу Сацуки. Достоинство Сацуки налилось жаром и поднялось под прикосновениями Эдварда. Тот обхватил его обеими руками, и все тело Сацуки содрогнулось. - Ох! – Хитро улыбнувшись в ответ на реакцию Сацуки, Эдвард взял его в рот. – Нет!

* * *

Сацуки терзало ослепляющее удовольствие. Жар пронесся по всему его телу. Он зажмурился и попробовал позволить этому чувству пронестись мимо, но мягкое влажное тепло рта Эдварда удерживало его с податливой твердостью, снова и снова посылавшей по его телу волны ощущений. - Нет… отпусти… Эд… Но Эдвард не обращал внимания на его мольбы. На глазах Сацуки выступили и скатились вниз по щекам непрошенные слезы. Язык Эдварда медленно лизнул его, повторяя очертания. Эдвард слегка поцеловал головку. - Мм… нгг… – снова захныкал Сацуки, чьи чувства пребывали во власти ласк. Его телом управляло только испытываемое им удовольствие. Он попробовал оттолкнуть Эдварда, но его рука настолько ослабла, что смогла лишь ухватить жменю волос. – Мм… нет… – Он посмотрел на Эдварда влажными от страсти глазами. Его пальцы, запутавшиеся в волосах Эдварда, налились силой. Он был на гране. Эдвард поднял на него взгляд, наблюдая, и заработал ртом усерднее. - Мм! – наконец-то вскрикнул Сацуки. Эдвард принял все возбуждение Сацуки. Сацуки дышал быстро, его грудь вздымалась и опадала. Слезы не останавливались. Никогда в жизни он не испытывал такого удовольствия. Вымотанный, он откинулся на кровать. Внутри него все еще тлело тепло. - Сацуки… Услышав свое имя, он открыл отяжелевшие от слез глаза. Он едва мог сфокусировать взгляд, но разглядел очертания наблюдавшего за ним с тревогой Эдварда. Эдвард положил руку на щеку Сацуки и нежно ее погладил. Его губы приблизились к глазам Сацуки и стерли поцелуем слезы. Нежность блондина успокоила Сацуки. - Сацуки, продолжим, – пробормотал Эдвард. Сацуки, очарованный поцелуями, напрягся, услышав эти слова. - Все хорошо, – успокаивающе произнес Эдвард, быстро целуя его. Напряжение медленно покинуло тело Сацуки. Осыпая его лицо дождем поцелуев, Эдвард засунул палец внутрь Сацуки. - Ах! – вскрикнул Сацуки. Внутри него пробудились воспоминания и ощущения от первого раза, и конечности Сацуки дернулись. Он изогнул тело, пытаясь отпрянуть. Эдвард нежно остановил его. Постепенно он добавил сначала второй палец, а затем и третий, на этот раз давая Сацуки привыкнуть, чтобы тот смог принять в себя нечто большее. Сацуки, чье тело дрожало, терпел это ощущение. На его глазах снова выступили слезы. Эдвард поцеловал веки Сацуки, успокаивая. - Это место здесь было, верно? – Пальцами он надавил на одну точку внутри Сацуки – простату. Теперь Сацуки знал о ней; он изучил этот вопрос после первого раза. - Нет! – крикнул Сацуки, выгнув спину. Его телом завладело удовольствие более сильное, чем когда-либо. Они сделали это лишь раз, но Эдвард запомнил тело Сацуки в совершенстве. – Нет… прекрати… – выдохнул он. Он терялся. Он боялся удовольствия. Он не мог уцепиться за свой разум. Но Эдвард не обращал внимания на его крики и терпеливо атаковал одну точку внутри него. Миг за мигом достоинство Сацуки, ослабшее и вялое, снова наливалось жаром. Силы Сацуки убывали, и он, ища опоры, крепко обхватил руками тело Эдварда. Решив, что он достаточно расслабил Сацуки, Эдвард осторожно вынул свои пальцы. Возникшее ощущение сорвало с губ Сацуки тихий вскрик. - Сацуки… Сацуки перевел взгляд на источник голоса. Лицо Эдварда приблизилось. Он прижался к губам Сацуки глубоким поцелуем. Язык Эдварда сплелся с языком Сацуки. Пусть и по-детски, но Сацуки попробовал ему ответить. А затем… - Ннг! Рот Эдварда поглотил его крик. Чувство тяжести, совершенно не похожее на предыдущее, прокладывало себе путь внутри Сацуки. От ощущения давления и боли у него потекли слезы. Его рот был занят, и он не мог облегчить ощущения криком. Внутри него лишь накапливался неуправляемый жар. Он впился ногтями в поддерживавшую его спину. Раз Эдвард принес ему эту боль, только он и мог ее облегчить. Сацуки крепко зажмурился. Даже когда Эдвард погрузился в него до конца, какое-то время они не двигались. Наконец, Эдвард медленно освободил губы Сацуки. - Ммпх… – Сацуки сглотнул. Его лицо скривилось от боли. Тем не менее, он не оттолкнул Эдварда. Эдвард нежно произносил его имя: - Сацуки, Сацуки. – Он убирал поцелуями бежавшие по лицу Сацуки слезы, снова и снова прижимаясь губами к его глазам. – Продолжим? Сацуки кивнул. Эдвард начал медленно двигаться. - Ой… ах! – голос Сацуки был пронизан болью. Эдвард нежно коснулся члена Сацуки, сейчас обмякшего, и крепко его сжал. Возобновление ласк заставило его тело дернуться, сознание начало таять. Эдвард точно находил все слабые места Сацуки. Лаская его одновременно сзади и спереди, он услышал, как в голос Сацуки закралось что-то помимо боли. Удовольствие струилось сквозь его тело, и Сацуки пребывал в наполовину бессознательном состоянии. Сквозь его приоткрытые губы вырывались сладострастные звуки. - Ах, ах… Ннн… Его спина выгнулась. Под действием глубоких толчков, он наконец-то перешагнул свой предел и кончил. Эдвард тоже выплеснул в Сацуки свои чувства. Глаза Сацуки распахнулись. Он стал медленно их закрывать, переставая цепляться за сознание.

* * *

На следующее утро Сацуки разбудил на рассвете громкий птичий хор. Мирно дышавший во сне Эдвард лежал рядом с ним, все еще полностью обнаженный. Должно быть, он привык к птицам, прожив здесь так долго. Тело Сацуки по-прежнему было тяжелым от сладкой усталости прошлой ночи, а на сердце у него было легко. На улице только начинало светлеть. «Нас ждет еще целый день вместе». По контракту, который они подписали с Невиллом, Сацуки и Эдварду предстояло расстаться в аэропорту «Хитроу», чтобы затем до конца жизни стать друг другу чужими людьми. «Я рад, что рассказал ему о своих чувствах до того, как мы навсегда расстались». Сацуки снова зарылся в постель, прижавшись к Эдварду, и закрыл глаза.

* * *

Поначалу Эдвард подумал, что все еще спит. Когда он проснулся, Сацуки спал у него в объятиях. Его любимый человек спал у него в объятиях. Ему часто это снилось. Он нежно коснулся щеки Сацуки. Пальцы ощутили тепло живой кожи. - Мм… мм? – Сацуки перекатился. Лучи нежного весеннего солнца играли на отметках, оставленных в пылу Эдвардом на шее, ключице и груди Сацуки. - Это был не сон, – пробормотал Эдвард. На его лице появилась непрошеная улыбка. Сацуки был удивительным парнем. Эдвард был очарован им с первой их встречи в лондонском пабе. Он был пленен и попал под гнет незнакомых ему эмоций. А когда его чувства стали сильнее, он совершил то ужасное насилие. Но Сацуки простил его. Более того, он снова предложил себя Эдварду. Эдвард чувствовал себя любимым, его окутывало это незнакомое ему прежде ощущение. Он с детства мечтал об этом чувстве.

* * *

Проснувшись снова, Сацуки встретился взглядом с Эдвардом, смотревшим на его лицо. - Раз ты уже проснулся, надо было и меня разбудить, – произнес Сацуки, слегка краснея в неожиданном приступе скромности. - Я не мог оторвать от тебя взгляда, – признался Эдвард. – Во сне ты выглядел таким счастливым. - На самом деле, я проснулся раньше, – сказал Сацуки. – Но ты совершенно не обращал внимания на весь этот шум от птиц. Эдвард мог лишь рассмеяться в ответ. - Но если мы не поспешим встать, кто-нибудь придет, – добавил Сацуки. - Никто не поступит настолько бестактно в первое утро после нашей свадьбы. – Эдвард перекатился на Сацуки и обрушил на него шквал поцелуев. - Я все равно голоден, – сказал Сацуки. Слова, что Эдвард прошептал ему на ухо, заставили его покраснеть до самых бровей. - Скоро у тебя будет куча времени на еду, но сейчас у меня есть идея получше.

* * *

Пообедав наедине в лоджии, они сложили сумки в машину и отправились в аэропорт «Хитроу». Покинув поместье, Сацуки почти ничего не говорил. Эдвард не придал этому особого значения, списав на усталость от прошлой ночи и сегодняшнего утра. Подъезжая к аэропорту, он бросил взгляд на сидевшего рядом на пассажирском сидении Сацуки, и увидел, что у того сильно покраснели глаза. Казалось, он сейчас заплачет. - Сацуки? – тревожно воскликнул Эдвард. – Что случилось? «Я сделал что-то не так?» - Спустя все это время Эдвард не понимал чувств Сацуки. - Все-таки, мы и правда расстанемся, – произнес Сацуки, по лицу которого потекла слеза. - Что? – Поначалу Эдвард совсем не понял смысла его слов. Он непонимающе уставился на Сацуки в ужасе. Он думал, что прошлой ночью и этим утром доказал свою любовь к нему. Он не понимал, почему Сацуки заговорил о расставании. Он был на гране паники. Затем он внезапно вспомнил снимки, которые показывала Ангелика. Те, на которых Сацуки целовал друга. - Сацуки, ты и правда не можешь бросить своего друга Йохея? – Он сам не заметил, как в его голосе зазвучали опасные нотки. - Почему ты в такой момент вспомнил о Йохея? – Сацуки посмотрел на Эдварда, смаргивая с глаз слезы. - Ну, если не из-за него, то почему еще мы должны расставаться? – спросил Эдвард. – Мне в голову пришло лишь то, что ты не можешь забыть своего прежнего парня. - Парня? – Сацуки вздернул брови. – Эдвард, ты подозревал меня и Йохея? Он определенно разозлился. - Нет. То есть… – Перед лицом гнева Сацуки Эдвард начал запинаться. – Я не смог придумать другой причины твоей грусти, Сацуки. - Но ты подписал контракт, не забыл? – закричал Сацуки. – Если ты разрываешь контракт, то платишь штраф, а если нет, мы расстаемся в аэропорту и больше никогда не видимся! - Разве не очевидно, что контракт уже закончился? – спросил Эдвард. Из глаз Сацуки скатилась еще одна слеза. - Ты никогда ничего не говорил об этом, и я посчитал… - Прости, – извинился Эдвард. – Вечно я самое важное не говорю. Сацуки покачал головой. - Ничего. Теперь я понимаю. - Нет, послушай меня, Сацуки. Это важно. – Голос Эдварда передавал его решительность. Вытерев слезы, Сацуки посмотрел на блондина. - Что такое? - Я отказываюсь от своего состояния, – объявил Эдвард. Глаза Сацуки округлились. Эдвард продолжал: - Уверен, это заткнет моих назойливых родичей. А взамен я стану свободным. Останешься ли ты со мной, Сацуки, даже если у меня ничего не будет? Сацуки рассмеялся. - Не представляю тебя без денег. У него была ангельская улыбка, не перестающая очаровывать Эдварда. - Так останешься? – настаивал Эдвард. Сацуки медленно кивнул. Эдвард просиял. Они продолжили свой путь в аэропорт и навстречу жизни, проведенной вместе. Послесловие.

Привет, я автор, Акицу Кеко. Время пролетело, и я опубликовала новую книгу, где, на этот раз, действия происходят в Англии. У меня об этом месте удручающие воспоминания. Стоило мне впервые прилететь в Лондон, как я побежала с картой в руке смотреть мюзикл. Из театра я вышла сильно взволнованной и не сразу заметила, что пропала моя карта… а на карте я записала адрес гостиницы, чтобы не запоминать его…. И не запомнила. До конца жизни я не забуду ужас, который испытала, подумав, что обречена теперь блуждать по Лондону, не зная, где я и куда иду. К счастью, я помнила название гостиницы и то, что она находилась в пределах Лондона. Господи, спасибо за лондонское такси! Одно из них отвезло меня прямо в гостиницу, хотя я смогла только название вспомнить. Наверное, в любой другой стране в подобной ситуации я бы невредимой не выбралась. Англия – настоящая страна джентльменов. В любом случае, я начала планировать написать продолжение моей последней книги. Но встреча с моим агентом, подтвердила, что мы оба являемся романтиками. Идея росла и ширилась, так что незаметно для себя я эту книгу написала. Писать удовольствия ради – совершенно новый опыт. В дополнение к помощи О. с описанием красивых людей, Ю. поделилась со мной отличным советом касательно сексуальных сцен. О. тогда писала историю о шести красивых мальчиках. Она просто хороша в описании красивых людей (по крайней мере, лучше меня). А Ю. – передовик яойной литературы с миллионном проданных книг (похоже, ее слишком пугают цифры, чтобы подсчитывать прибыль). Интересно, какой окажется следующая книга. Чтобы оправдать ваши надежды, я возьму отпуск… для учебы! (Или я просто отговорку ищу…). Наконец, огромное спасибо Мияги Токо-сан за ее иллюстрации! Они мне очень нравятся! Обращаясь ко всем читателям: надеюсь, эта книга скрасит ваши дни, пусть даже и не много. Надеюсь, скоро мы снова увидимся. Февраль, 2001

Профиль.

Писательница: Акицу Кеко. День рождения: 25ого февраля, Рыбы. Три крупнейших события, случившихся во время работы над этой книгой: Бекхем постригся, Его Королевское Высочество принц Александр посетил Японию, а принц Уильям начал напоминать своего отца…

Иллюстрации: Мияги Токо. День рождения: 24ого сентября, Весы. Группа крови: третья положительная. У меня не было времени по распродажам бегать, а теперь зима почти закончилась… Что не так с моей жизнью?

От переводчика.

Прежде всего, спасибо всем, кто прочитал вместе с нами эту книгу. Честно говоря, я привык не ждать многого от яойных однотомников. Согласитесь, большая их часть забывается практически сразу после прочтения, чтобы всплывать в памяти лишь самыми холодными зимними ночами. А вот данный томик меня приятно удивил. Не все, конечно, идеально, чего уж там, но работать над переводом было на редкость интересно и увлекательно. Надеюсь, результат наших трудов порадовал и читателей До встречи в наших новых проектах, не забывайте заглядывать на огонек. Frightener Made in Heaven Team Декабрь, 2016

************************************

Данная глава взята из открытого источника. Файл был скачан с сайта: https://loghorizont.ru/

Если вам понравилась глава:

Оставьте комментарий: https://loghorizont.ru/[Yaoj]-Obeshhanie-romantiki/

Отблагодаритьте нашу команду: https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/

Помочь проекту, кликнув на рекламу: https://loghorizont.ru/

************************************

Друзья, если Вам понравилась книга, и работа нашей команды по созданию электронной книги

Поддержите Нас символической оплатой, даже если это будет 0.1$ / 1RUB или кликните на рекламу на сайте.

Нам будет очень приятно осознавать, что проделанная работа принесла Вам пользу, и наша команда старались не зря.

Поблагодарить авторов и команду. (ссылка на раздел поддержать проект https://loghorizont.ru/podderzhat-proekt/)